Обратная связь
×

Обратная связь

«Из забвения», рассказ

    02 сентября 2012 в 13:20
  • 8
  • 377
  • 1
  • 8
  • 377
  • 1

Я опять её встретил. А может и не опять, а мне это просто показалось. Она выглядела так же, как я себе и представлял — смотря на фотографии без дат и названий. Спустя столько лет, столько времени… интересно, узнал бы я её случайно встретив в городской толчее?

Я смотрел на неё а она на меня — немного свысока, так как я был на пару ступенек ниже. Взгляд её выражал растерянность, мой, вероятно, тоже — никто из нас не знал, что нужно сказать, да и нужно ли вообще что-то говорить? Воды с тех пор утекло слишком много, не лучше ли будет просто разминуться на лестнице, и сделать вид, что обознался? Хотя думается, что потом этот момент не раз будет лезть в голову, особенно в одиночестве или перед сном в кромешной тьме с отраженным светом фар на белом потолке, сверля в голове, словно дрель, одной мыслью — зачем? Надо было что-то сказать, хоть что-то, чтобы потом не корить и не изводить себя мыслями об упущенной возможности. Ненавидеть себя, своё малодушие, непонятно откуда взявшуюся стеснительность, как у неуверенного в себе подростка, и своё возросшее чувство «уже всё это не имеет никакого смысла».

Как же она была прекрасна: высокая, стройная, голову обрамляли блестящие, до плеч или ниже, волосы. Но самое главное это глаза: глубокие, бездонно-зелёные, они словно затягивали в свою пучину, не давая ни единого шанса выбраться. Я видел подобное так давно, что порой мне кажется, что это было в прошлой жизни. Возможно, отчасти я прав. Скажи же хоть что-нибудь!

«Привет!», сказала она. Мне не послышалось? «Привет», ответил я, и мы оба замолчали. Я уже видел, как всё это закончиться: пара нейтральных вопросов, вроде «как дела, где работаешь, есть ли дети»… и потом уже вымученно-этически правильное «ну, мне пора», и каждый из нас разойдется своей дорогой. Я еще и с глупой улыбкой на лице, и с чувством того, что лучше бы следовало просто разминуться, нежели такой разговор — не клеящийся, и с показной интересностью друг к другу. Но пока что мы просто стоим и смотрим друг на друга, а где-то в дальних концах коридоров слышаться громкие голоса, смех, возня, и прочий шум. Оба мы одновременно смотрим в сторону, как будто на самом деле сказать друг к другу можем многое — да вот посторонний шум мешает. Но ведь это не так — и каждый из нас это понимает, но надеется, что другой нет.

Я поднимаюсь выше на одну ступень, она улыбается… и тут нас буквально прорывает: мы закидываем друг друга вопросами, расспросами, делимся какими-то впечатлениями. Это на самом деле нам интересно, или каждому из нас так кажется только потому, что видим друг у друга счастливую улыбку от неожиданной встречи? А лет прошло — почти десять, без какой-то мелочи. За это время мы оба выросли, давным-давно окончили различные учебные учреждения и её… «да, да, я замужем, ты наверное даже его знаешь!». Нет, не знаю. Может и знал, но не запомнил. К чему? Мне была интересна ты, такое редко стирается из памяти, а знакомые парни, с которыми может, я пару раз выходил на крыльцо покурить — да кому до них есть дело?

Мимо проходят люди, и мы на несколько секунд прерываем разговор и отходим в сторону. Я даже смолкаю и раздраженно смотрю на помешавших нам — как будто они знают кто мы, или о чём говорим. В такие моменты мне кажется, что нужно лелеять и беречь интимность разговора, хотя если подумать — никому нет до нас дела. Просто стоят двое людей, и обсуждают что-то своё. Но иначе не могу.

Кстати, где это мы?

Я неловко беру её за руку, и мы отходим в сторону, в какую-то комнату. Как же она все-таки красива! Мы продолжаем смотреть друг на друга. После того, как нас прервали, разговор будет уже идти не так — опять вернется неловкость и желание поскорее со всем этим закончить. Мне кажется, что где-то звучит музыка. Правильная музыка это только та, что без слов. Потому что только тогда она становиться твоей личной, только так она вызывает эмоции, понятные только тебе, и нет смысла делиться с кем-то теми переживаниями, что сами начинают вертеться где-то в глубине души — никто всё равно не поймет так, как ты.

Я приближаю своё лицо к ней и едва касаюсь своими губами её губ. Первый и последний раз — я могу быть в этом практически уверен. Чувствую на себе её горячее дыхание, вижу её расширившиеся зрачки. Она больше не улыбается, и я тоже. Теперь мы оба взрослые и серьёзные люди, которые на момент, буквально секундный, снова почувствовали себя детьми. Мы обнимаем друг друга, и наслаждаемся запахами, такими близкими и знакомыми — чему есть обычное, и рациональное объяснение — они знакомы просто потому, что их знаем очень хорошо, а воображение «дорисовывает» их к посторонним людям и случаям. Как например, и сейчас. Это лучший момент — наши ладони прикасаются к спинам друг друга, в глубине которых бьётся сердце, готовое выпрыгнуть из груди.

Она начинает говорить всего одну фразу, и это нас разрушает. Повсюду расцветают чёрные цветы, перед всем туманным обозрением, готовые ярко засветиться и вытащить меня отсюда, из столь прекрасного места. Перед тем как все рассыплется, меня поглощает чувство покинутости. Верно сказал один человек: самые горькие слёзы — это слёзы отчаяния и бессильной ярости. Невозможность что-то изменить, не способность что-то предпринять — почувствуй себя никем и ничем, просто так все сложилось. Прими это.

Перед тем, как мы обратились в пепел и рассыпались на пол чёрными частицами, словно кусочки сожженной бумаги, я успеваю прокрутить в голове последнюю фразу, даже ею не законченную, и запомнить её, оказавшую столько сильное влияние, которая разрушила всю необычность произошедшей ситуации.

«Когда ты проснешься...»

И даже оставшийся от нас пепел, закрученный небольшим порывом воздуха, исчез до того, как коснулся холодной поверхности пола.

Теги: вне потока

1 комментарий