Обратная связь
×

Обратная связь

Айтыс. Люби меня по-французски. Дениз

    15 ноября 2017 в 13:00
  • 326,9
  • 193
  • 51
  • 326,9
  • 193
  • 51

Однажды в Париже


Так всё вдруг остохренело! Эта слякотная серая осень, жена с ее ненасытностью и бесконечной ревностью, любовница, с надоевшим вопросом "когда ты уйдешь от жены", и в бизнесе застой.... Еще сынок такой крикливый родился. Пол года уже орёт днём и ночью на весь дом, как резаный. Как взял бы за ногу и выкинул бы куда подальше вместе с нянечкой. За что ей деньги плачу - не понятно. Хоть домой не приходи.

Достали все.

Мне 40 лет. В целом всё вполне сложилось. Не на что жаловаться. И здоровье тоже в порядке. Но временами...

Короче, плюнул я на всё, взял билет в Париж и улетел однажды ночью.
Мне хотелось побыть одному.

Предпочитаю старый Париж. Взял такси и поехал на Монмартр. Здесь вышел у полюбившегося мне отеля "Эдем", где меня радушно встретили, взял одноместный номер с видом во двор, бросил сумку, куртку, лег на кровать и тут же провалился в сон.

Через шесть часов меня разбудил назойливый звонок внутреннего телефона. Не сразу сообразил, где нахожусь

- Нет, спасибо. Ничего не надо, - ответил вежливому голосу.

Сел на кровати.

Итак, я в Париже. Ну не отсыпаться же я сюда прилетел.

Надо прогуляться, отвлечься, поразмыслить наедине с собой. И я пошел бродить по мощенным улочкам старого Парижа. Погода стояла приятная. Вечерело. Я присел под зонтик уличного кафе, сделал заказ и стал разглядывать прохожих и сидящих. В основном пожилые люди. Интересных лиц нет вообще. Шастают туда-сюда японцы, арабы, китайцы, русские... Беспрестанно фотографируются..Такие все оживлённые, радостные... Надоело мне на них смотреть, поднялся и пошел гулять дальше.

Спускаясь вниз, я почувствовал, что за мной кто-то идёт. Не просто кто-то прогуливается, а идёт именно за мной. Я не стал оглядываться и не спеша следовал дальше. Наконец любопытство перебороло и я оглянулся. Это была девушка. Худенькая, в короткой юбке, в широком большом свитре наперекос и в коротких сапожках с широким голенищем, от чего ее ноги казались еще тоньше. Шапку мелких светло русых кудряшек шевелил ветер, и было понятно, что волосы ее тонкие и нежные, как шелк. Девушка была совсем молодая, лет семнадцати, но ее большие серые глаза в обрамлении длинных светлых ресниц смотрели прямо в мои смело и уверенно. Я остановился. Остановилась и она.

Я пошел дальше - она за мной. Внизу я увидел пустую лавку в тени пышной листвы высокого кустарника, тронутого багрянцем. Присел. Создание село рядом.
- У вас всё хорошо? - спросил я ее по-английски.

- Да. Спасибо,- ответила она по-французски.
- Почему ты идёшь за мной?
- Ты один. Тебе одиноко. И мне тоже, - ответила она. - Может вместе будем гулять?
- Ну хорошо. Давай гулять вместе. Может ты голодна?
- Еще нет. Но скоро захочу, - ответила она на плохом английском. Меня зовут Лу. А тебя?
- Денис. Можно Дэн.
- Мне нравится Денис. Денис-Дионис, - улыбнулась она.
Мы пошли гулять.
- Хочешь посмотреть Монмартр?
- Нет. Был там несколько раз. Давай лучше пойдём к художникам. Здесь недалеко.

Мы вышли к маленькой площади, где было скопление художников и туристов. Кто-то продавал виды Парижа, кто-то писал портреты, кто-то позировал, а кто-то томился в ожидании.

- Хочешь свой портрет?
- Нет.
- Почему?
- Мне не понравится.
- А мне понравится. Садись. Пусть тебя нарисуют для меня. Буду вспоминать, как мы гуляли.
- Это ни к чему, - уверенно сказала она, опять вонзив в меня холодные стрелы взрослых серых глаз.
Я подвёл ее к модному художнику-авангардисту.
- Нет. Я не хочу к нему! Я вообще не хочу здесь сидеть.

И всё же я уговорил ее и она присела на предложенный раскладной стул художника без особых претензий на стиль. Он предложил ей выгодный ракурс, но Лу приняла своё положение, которое не хотела ни за что менять.

- Я позирую так, как я хочу, - сказала она тоном, не допускающим возражений.

Мастер приступил к работе, а я стоял и осторожно разглядывал ее. Я не мог понять, сколько ей лет. Внешне она неотесанный подросток, поведением - девушка, взглядом- женщина. Лицо ее было больше кукольным, чем человеческим. Очень милое, бледное, с мягкими чертами. Чуть удлиненный овал, высокий лоб, красивая линия каштановых бровей с легким изгибом, тонкий аккуратный носик, пухлые кукольные губки, ну и удивительные серые глаза. Большие, холодные, с васильком вокруг черного зрачка. Под их взглядом я чувствовал себя просвеченным насквозь словно рентгеном. Двоякое чувство не покидало меня. Совсем юная внешне и с повадками зрелой, капризной женщины без комплексов. Ее красивые тонкие пальцы с короткими аккуратными ноготками, покрытыми прозрачной эмалью, держали в руке осенний лист.

Она сидела в одной позе, словно окаменевшая, глубоко задумавшись о чём-то своем.

- Работа готова,- радостно сообщил художник, протягивая мне лист с изображением Лу.
- Писать эту девушку было одно удовольствие. Посмотрите, какое чудо получилось! - восторгался своей работой мастер, пытаясь набить цену.
Это была действительно великолепная работа. Мастер уловил все нюансы ее особенной и необычной внешности, ее детскость и взрослость, выражение глаз, ее настроение и характер.

- В этот раз лучше, - сказала подошедшая Лу.
Мы пошли дальше. Не спеша, не глядя по сторонам, увлеченные беседой.
- Ты живешь в Париже?
- Сейчас да. Раньше нет.
- Учишься здесь?
- Зачем тебе это знать? Я не хочу ничего знать о твоей жизни. И ты меня не спрашивай о моей. Давай просто гулять и говорить глупости.
- Скажи хотя бы сколько тебе лет?
- Восемнадцать, - сказала она. Не волнуйся, мне уже можно быть с мужчиной.
Мне показалось, что я покраснел от неожиданности.
Лу засмеялась.
- Ну что ты? Что ты как маленький? Разве это невозможно между нами?
- Эмммм...кхымммм, мда, разумеется, - сбивчиво ответил я.
Она расхохоталась еще сильнее, а в ее глазах сверкнул демонический свет.
- Ты не проголодалась?- постарался я перевести тему.
- Да. Можно перекусить. Я знаю здесь недалеко отличное место, где можно отведать вкуснейшие пралине. Пробовал?
- Да. Но те ли они были? Если француженка знает, где вкуснейшие, значит они какие-то особенные.

И мы устремились туда, где их готовили. Это был маленький рестаурант, вход в который был обвит плющом, на козырьке входа стоял большой мраморный вазон, в котором цвели цветы, играла музыка. Здесь нам предложили уютное место, приняли заказ и вскоре на столе появился наш ужин. Мы пили вино, много говорили. Мне нравился ее плохой, но понятный английский. Она произносила слова с милым французским акцентом, я не сразу ее понимал, переспрашивал, она повторяла и мы почему-то смеялись над этим. Мы пили уже по третьему фужеру вина, когда я спросил ее, почему она пошла за мной?

- Ты думаешь, что я так зарабатываю? Поджидаю мужчин, выходящих из отеля и затаскиваю их в постель за деньги?
Нет, я не обижаюсь. Это и правда именно так и выглядит. Но всё не так. Я навещала отца. Он здесь живёт недалеко. Потом решила прогуляться пешком, потому что люблю этот район, и увидела тебя. Ты на столько в моём вкусе, что я пошла за тобой, чтобы любоваться.
- Любоваться, - повторил иронично я.
- Да. Вы любуетесь женщинами, а мы мужчинами. Редко, но бывает. Я не знала, как заговорить с тобой. Хорошо, что ты первый начал. Больше не заказывай. Мы уходим. Мы пойдём ко мне или к тебе?- спросила она меня в лоб.
- Ко мне, разумеется, - ответил я как-то не уверенно. Эта наша совковая ментальность бесила меня во мне. Ну и что, что я здесь недавно был со своей женой. Кто это помнит и кого это волнует вообще?
- А может ко мне? Я шумная в постели, - улыбнулась она, - зачем беспокоить соседей? А я живу в своём доме.

Ее боевой настрой меня изумлял и настораживал. Я еще ничем не выдал даже своей симпатии, а она уже всё спланировала, потому что она этого захотела.
Я на мгновенье задумался. Иностранец, незнакомая девушка, надо ли ехать к ней неизвестно куда? Как-то всё головокружительно быстро..

- Благодарю за гостеприимство, но я остановился недалеко отсюда. Удобнее у меня.

Я откинул сомнения и опасения. Один раз живу. Да и зачем я убежал в Париж? Может как раз за этим?

Мы взяли с собой фрукты, сладости, начатую бутылку вина и вышли на улицу. Этот район был сказочным при свете фонарей. Старинные здания, игрушечные кафе, всё в цветах. Под легким воздействием хорошего французского вина, в компании милой и загадочной особы, я испытывал некое сумасбродное состояние юношеской влюблённости, притянул Лу к себе, обняв за талию, и мы не спеша пошли по направлению к моему отелю.

Войдя в номер, она вежливо выразила удовольствие обстановкой, затем начала сбрасывать с себя одежду. Я стоял в изумлении, когда через пять секунд она осталась лишь в нижнем белье.

- Мне надо ополоснуться. Проводи меня, - приказала она.

Ее спешка передалась и мне. Я быстро снял куртку, пуловер, бросив их на пол и проводил ее в ванную.

Здесь она без всякого стеснения скинула с себя бельё и встала под душ. Я был взволнован, не совсем верил в происходящее и смотрел на нее как зачарованный.

А она взглянула на меня, улыбнулась и без всякого стеснения стояла под струями воды. Передо мной была прекрасная стройная девушка. Вода пригладила ее пышные волосы и теперь она стала как-будто меньше ростом, но более женственной. Зачем она носит этот балахон? Этот нелепый рюкзак? Зачем скрывает свою красоту? Ведь в ней всё просто идеально.

- Ты так и будешь стоять столбом? Иди сюда.

Тут я закрыл рот, включился, скинул с себя всё, что на мне было и встал с ней рядом.

Я задыхался от предвкушения. Окрыленный её доверием и расположенностью, я стал обливать её стройное тело тёплой водой, наблюдая, как вода стекает с худеньких плеч, с нежных девичьих сосков, по блестящей, натянутой коже упругих овалов девственной груди, бежит ниже по гладкому упругому животу, а потом, течёт по шелковистым волосикам лобка и, собрав их внизу в кисточку, тонко падает вниз или струится по коже внутренней части бедер.

Я ничего не мог поделать с резко поднявшимся давлением в лонжероне. Волна набежавшей к нему крови высоко подняла его, красноречиво демонстрируя моё желание . Однако мой обнажённый вид с эрекцией наперевес, как мне показалось, не вызвали в ней никакой реакции.

Я продолжал обливать её. Повернул ее к себе спиной. У меня кружилась голова от этой бесподобной красоты девичьего тела. Вот она, совсем рядом, такая прекрасная и загадочная француженка-Лу. Что у нее на уме? Вода бежала по ее выделяющимся лопаткам и шишечкам позвонков на шее и чуть ниже, а там по позвоночнику и по образовавшемуся желобку от него на пояснице, вода устремлялась между её чудесными ягодицами.

Находясь в состоянии еле сдерживаемого желания овладеть ею прямо здесь, под душем, я быстро облилился сам, обтёр её и увлёк девушку в спальню. Здесь, уложив на белоснежную простынь, стал нежно целовать ее прикрытые веки, брови, носик, коснулся губ. И вдруг, такая тихая до сих пор Лу обхватила меня ногами, обвила шею и голову руками и начала страстно целовать в губы, выделывая языком совершенно невообразимые вещи, прикусывая, облизывая, оттягивая, причмокивая. Затем покрыла поцелуями шею, сосала мочки ушей, облизывала мои плечи, уткнулась носом в подмышку и втягивала ее запах, прикусывала и целовала соски, спускаясь ниже, она покрутила в пупке сначала носом, затем языком, при этом она властно, как кошка жертву, держала мои руки своими, прижав их к постели. Это всё было чертовски приятно, но такого шквала ласк я не ожидал, поэтому лежал послушный ей, возбуждённый, ожидая финала этого фейерверка страстей.

Теперь она поднялась и села на мои бедра. Мой лонжерон оказался прямо между ее ног. Он возвышался, как бы вопрошая, от чего его так долго держат в состоянии высокого напряжения. Лу как-будто решила довести его до залпа в атмосферу. Она взяла его руками и начала играть. Она бегала по нему нежными пальчиками как по струнам арфы до самой макушки, потом до основания, повторяя и повторяя "ты прекрасен", "ты совершенство, мой Дионис". В это время прекрасный Дионис попытался уже свободными руками привлечь ее к себе, как бы намекая, что уже пора, но Лу продолжала сидеть на мне, не останавливая манипуляций теперь с шариками, которые сначала нежно прощупала сквозь кожу пальцами, а после погрузила в горячий рот.

- Лу, иди ко мне. Прошу тебя. Иначе...
- Я знаю. Она встала надо мной, расставив ноги по обе стороны от моего таза, показав мне своё влажное желание, а затем опустилась прямо на стержень, насаживаясь на него медленно, туго, пульсирующе, мягко сжимая и разжимая его. К моменту, когда она опустилась до основания, я с рёвом выпустил в нее всю обойму зарядов, а она благодарно их поглотила горячими недрами своего лона. Она легла на меня и тихо лежала так какое-то время.

- Ты бесподобный. В тебе всё совершенно. Как мне хорошо.. Полежим еще немного. Сейчас, когда ты уже сделал первый выстрел, нам будет легче взлететь одновременно. Готовься, я неутомимая и ненасытная наездница.

И это было так. Начался марафон, в котором мелькали лица, ноги, ягодицы, пальцы, губы, спины, соски, языки, звучали нежные слова, шепот, стоны и крики наслаждения. Два мокрых от пота тела, скомкав простынь, не могли разъединиться и насытиться друг другом до самого рассвета. Когда он, измождённый этой нереальной погоней за новыми и новыми оргазмами, рухнул на спину, раскинув руки, в руке Лу сверкнул аккуратный нож с тонким лезвием, который она вонзила Дэну в самое сердце.

- Шестой, - удовлетворённо произнесла она криво улыбаясь обезображенным жестокостью лицом, пока он бился в предсмертной агонии, не отрывая от нее вопрошающего взгляда безумных, угасающих глаз. - Надо уходить. Седьмой красавец на очереди.

Она переоделась, надела черный парик, забрала свой портрет и тихо удалилась из номера.


Теги: орда айтыс , Люби меня по-французски

51 комментарий

4 VisAviS
15 ноября 2017, 13:00