Обратная связь
×

Обратная связь

Письма в никуда (17)

    16 декабря 2011 в 14:42
  • 2
  • 141
  • 1
  • 2
  • 141
  • 1

     

             17

 

Пишущий обречен на то, что его не слышат, ибо читатель приходит всегда с опозданием, как скорая помощь или пожарная. Чтобы приехала скорая, сначала что-то должно произойти с человеком. Чтобы приехала пожарная, сначала должен случиться пожар. Иная последовательность действий не может претендовать на существование. К тому же читатель приходит не к самому автору, а к его исчезающему следу. Он как бы идет за ним по пятам, желая то ли спасти его, то ли узнать, но никогда не достигает. Еще это напоминает общение по интернету с неопределенной скоростью передачи звука. Один сказал, а другой услышал через несколько дней или месяцев или лет или вообще не услышал. И вот последняя ситуация, когда вообще не услышал, наиболее правдоподобна, наиболее близка к тому семени правды, откуда вся эта писанина и растет. Если что-то зарождается из пустоты, то в пустоту оно и должно вернуться, в пустоту оно и обращено.

 

Есть одна вечная преграда в любом человеческом занятии. Преграда эта – мысль. Мысль человеку всегда мешает. Когда он любит, он думает, люблю ли я. Когда танцует, если он думает, то не танцует. И даже когда мыслит, мысль все равно преграда. Потому что мысль – это всего лишь проводник в особую сферу безмыслия. В мыслящее молчание. Нужно позволить мысли расти из себя самой, из прозрачной пустоты, будто дерево слов растет не из земли, а из воздуха.

 

Еще пишущий никогда не может сказать о себе всеобъемлюще, как и не может совсем не сказать о себе. Он не может до конца стать самим собой, как и не может до конца порвать с собой. Потому что, когда он пишет, «я сижу в комнате» или «гуляю по улице», он лжет. Он, конечно, может сидеть в кресле, но в этот момент, в первую очередь, он пишет. И, если быть параноидально правдивым, то он должен писать только о том, что сейчас он пишет и больше ничего не делает. Ибо писание – это отражение направленного мышления, это проекция вектора сознания. А этот вектор направлен сюда, в тупиковую бумагу. Как только он встал из-за стола, тогда он может сказать, что встал из-за стола, но он не может этого сказать, ибо он встал из-за стола и не имеет связи с бумагой. Когда же пишущий жаждет до конца порвать с собой и стать чем-то другим, живым телом или вещью, он опять же теряет из виду то, что единственная связь между объектом перевоплощения и им самим, это его описательный голос, что есть он сам. И этого объекта нет до тех пор, пока нет его описания. То есть автор существует в неразрешимом противоречии тотально стать собой или навсегда порвать с собой, что, возможно, одно и то же. Выходит так, что пишущий – это мост, подвешенный в воздухе.

 

Выходит так, что выхода нет. Выход появляется тогда, когда перестаешь его искать. Такое случается, когда просыпаешься среди ночи от головного напряжения, то ли от мутного сна, то ли от тяжелой бессознательной мысли и сразу не можешь уснуть. Нужно встать, походить, забыться в безымянности окружающих вещей. Нужно свести на нет попытку понять, что это было, и только тогда удается снова уснуть. Вернуться в сладкий сон жизни.

Теги: вне потока

1 комментарий

725 ZairAsim
16 декабря 2011, 14:42