Обратная связь
×

Обратная связь

Айтыс: "Вечная любовь. Чарующая романтика". Фрагменты любви из писем Джоэла и Клем

    25 апреля 2017 в 12:10
  • 125,2
  • 141
  • 78
  • 125,2
  • 141
  • 78

Данный текст составлен из записей, которые попали к английскому писателю и по совместительству агенту британской разведки МИ6, Фредерику Форсайту, во время одной из его командировок в Афганистан. Материал был адаптирован к чтению и частично опубликован в малоизвестном американском журнале.

* * *

Письмо Джоэл

Холодно. Всегда одно и то же который год. Время узнаю по запахам или звукам. Людей по голосам, а времена года сами дают знать о себе.

* * *

Знаешь, я очень мёрзну, у нас не жарко даже летом. «Нежные места особенно уязвимы» - шутишь ты иногда и гладишь меня по голове. Ты всегда меня гладишь и сразу тепло. Твоя ладонь. Она почти реальна. Стараюсь её задержать, прижать к губам, ловлю твою руку, но вместо неё опять пустота. Огорчение, как в детстве, когда ставят в угол, а ты не виноват. Обида не даёт дышать и я просыпаюсь с мокрым лицом. Если это можно назвать лицом.

* * *

Уже не снится тот апрельский бой в ущелье Хазара, где по глупости и подлости больших командиров полегло девяносто душ, зато всё чаще вижу тебя. Шепчу все несказанные слова, всю любовь, которую не успел отдать, всю нежность. Какой-то священный трепет переполняет меня, рвётся наружу. Пытаюсь сдержать слёзы, но не всегда получается. Надеялся, что эта боль пройдёт, отступит, но со временем тебя становится только больше. Ты везде. Сознаю, что медленно схожу с ума, но это выше меня.

* * *

Я не пропал без вести, нет. Меня зачем-то оставили жить, даже когда поняли, что ничего не вижу. Смеясь, продали слепого и обгоревшего за шесть лепёшек старику в забытый Аллахом кишлак. Сказали : - Если сдохнет - скорми собакам. Но он выходил меня и относился, как к сыну.

* * *

Откуда-то, чудом, отцу привезли самоучитель по Брайлю. Освоил только для того, чтобы говорить с тобой, это такая радость. Скажу по секрету, иногда, вдруг получаются стихи. Записываю, потом повторяю про себя, чтобы не забыть русских слов. Или тихонько читаю тебе, представляя, как ты улыбаешься.

* * *

Последние годы с нетерпением жду ночи, чтобы увидеться. Это наша тайна, о которой не знает никто, даже ты. Я бы не рассказал тебе, но пришло время. Пора. Меня и так задержали на тридцать лет. Теперь, на исходе, понимаю, что это провидение, чей-то приказ свыше оставаться здесь, в горах Панджшерского ущелья, среди своих ребят.

* * *

Знаешь, наверно это хорошо, что не могу видеть. Ничто, никакие новые картинки не мешают мне сохранять моменты, когда мы были вместе. Пусть и не долго, но те полгода, давали мне силы оставаться собой всё это время. Это будет моим существованием после жизни.

* * *

Чёрт возьми, опять этот ледяной ветер. Наверняка я из тех, кто с радостью примет Ад. Просто для согреться в приятной компании.

* * *

Отец ушёл. Никто не держит, ничего нет. Ничего, кроме этих вечных гор и памяти, в которой есть ты и моя безумная нежность. Люблю тебя. Ни о чём не прошу. Ни о чём не жалею. Ухожу к пацанам, они заждались от меня новостей.

______________________________________________________________________

Через некоторое время в редакцию пришло письмо. Открыто публикуется впервые, орфография сохранена.

______________________________________________________________________

Письмо Клем

Даже не знаю, стоит ли это делать, но мой сын говорит, что так будет правильно. Он вообще у меня очень правильный. Не знаю как наткнулся в интернете на сайт вашего журнала. Случайно увидел публикацию, перевел мне на русский. Говорит, будет хорошо, если ты им напишешь, расскажешь. Там будет интересна судьба простой русской женщины, возможно, именно о которой и писал этот человек. Мой человек.

А что рассказывать? Встречались недолго, призвали, уехал. Потом узнала, что беременна, но как-то не получалось все сообщить, а потом приехал его однополчанин и сказал что он погиб. Хотя тела так и не нашли, баба Маня сказала как отрезала: «Пока Сашу сама не обмою, не поверю». Так и ждала всю жизнь, не смирилась.

А меня однополчанин его замуж позвал, сказал, кому ты нужна то будешь, тяжелая, а я помогу и не смотри что одноногий. Поженились, сына родила. Муж ребёнка не обижал, врать тут нельзя, сын бы и не знал, что отец ему не родной, если бы баба Маня не приходила внучка проведать. Но она не со злобы, только он у нее считай кровиночка остался, дед ее помер давно, сын пропал.

Что ещё? С мужем мы плохо жили, так это почитай как у всех. Пил сильно, дебоширил. В середине девяностых освободил — уснул в сугробе и застудился. Помню, на поминках все не мужа вспоминали, а Сашу. Говорили, хороший был парень, может с ним бы жила покойно.

Потом, в начале нулевых, племянница моя, дурочка пятнадцатилетняя, спуталась с кем-то, ребенка родила, да и бросила. Я подумала и себе взяла, все живой кто-то рядом будет, подниму уж. Документы оформила, кому надо подмазала. Родной-то сын на отчима глядючи тоже спился, недолго пожил. Вспоминаю, когда хоронила, все думала, что хорошо Саша не видит, не знает.

Думаю, вообще это хорошо, что Саша там остался. Так у него любовь то пожизненная получилась, светлая. Не видел как живу, как старею, как сын сгнивает. И я не видела от Саши бед, он для меня добрым человеком остался. Хорошо, что не вернулся. Светлая ему память.

Теги: вне потока

78 комментариев

14 egocentric
25 апреля 2017, 12:10