Обратная связь
×

Обратная связь

Айтыс: "Лейся песня". Си. Кузя

    15 апреля 2019 в 12:00
  • 1087,7
  • 90
  • 16
  • 1087,7
  • 90
  • 16

Антон Владимирович остановился у овощного стенда в супермаркете. При взгляде на чеснок он сглотнул слюну, но посмотрел на ценник и вздохнул. Нельзя ему разбрасываться деньгами на всякие там вкусности, надо покупать только самое необходимое! Он прошёл к стенду с хлебом, взял самый дешёвый, пересчитал деньги… Картошку ещё можно набрать, и для детей – уценённые фрукты.

Вчера в стачком пришли деньги, собранные через Интернет среди активистов рабочего движения. Антон Владимирович настоял на том, чтобы распределить их не поровну, как настаивали некоторые бастующие, а по нужде каждого. Все знали, у кого кем работают жёны, у кого сколько детей, у кого на иждивении нетрудоспособные родители… Вот у него – и семья небольшая, и жена продавщицей работает, да и мать – хоть и вышла недавно на пенсию, но продолжает работать.

Да, недавно железнодорожный коллектив, в котором работал Антон Владимирович, опять объявил забастовку. Среди требований бастующих на этот раз не было ни повышения зарплат, ни улучшения условий труда – они требовали только ужесточения борьбы против краж рельсов и прочего металла.

На забастовку железнодорожники вышли только после крушения поезда из-за повреждения путей, когда стало ясно, что иначе до властей не докричишься.

- Никто из них на поездах не ездит, - веско сказал тогда Игнат Васильевич, один из профсоюзных активистов и друг Антона Владимировича. - Им самолёты подавай!

- Да с самолётами такая же фигня – во всей Европе лётчики бастуют – уверенно ответил Антон Владимирович. - От хорошей жизни, думаешь?

- Самолёт легче сделать личным, чем поезд, - вклинился в разговор молодой инженер Михаил, единственный коммунист в железнодорожном коллективе, который не любил, когда его называли Мишей. – А я вот что думаю… Может быть, и нам забастовку объявить? Нам ведь не привыкать, - и он озорно, с выражением «а нам всё нипочём!» оглядел товарищей.

Большинству идея понравилась. Председателем стачкома выбрали Михаила, как инициатора. Требование к мэрии города сформулировали быстро – усилить охрану железнодорожных путей.

Только Кузя-машинист решил не бастовать. На собрании он тогда не был. О забастовке узнал только от Антона Владимировича, когда пришёл на работу и увидел пикет.

Антон Владимирович, конечно, рассказал ему о решении коллектива. Но Кузя ответил:

- Какие вы все глупые. Зачем вам эта забастовка? Борьба – напрасный труд. Если власть не ставит охрану на путях, то не потому, что не хочет, а потому, что не может. Денег нет.

- На свои особняки у чиновников деньги есть. – ответил Михаил, подошедший к спорящим.

- А это уже не моё дело, - важно ответил Кузя. – Это пусть компетентные органы решают. А я что? Что я – следователь или прокурор?

Сказав так, Кузя важно прошёл на своё рабочее место. Отработав свой рабочий день, он ушёл, не сказав никому ни слова.

Так вспоминая, Антон Владимирович дошёл до дома. Дома его встретила жена – простоволосая, растрёпанная. Такой он её видел только перед зеркалом, с сосредоточенным и волевым лицом, а тут… На лице явно читалось беспокойство.

- Тосик, - побледневшими губами произнесла жена, - Тосик, Миша звонил…

- Что с ним случилось? – Антон подумал о брате жены, жившем в соседней области. – Если надо будет к нему ехать, то езжай! На автобус междугородний садись и езжай. На поезде не получится.

- Да не тот Миша, не тот, - жена судорожно, сглотнула, выдохнула… Изо рта её резко пахнуло валерьянкой. А на поезде я бы и сама не рискнула поехать… Что я – не знаю…

- А, так это Михаил звонил? Что ж он мне на сотовый-то не позвонил… Ты его Мишей не назвала, я надеюсь?

- Нет, я к нему никак не обратилась… Понимаешь, он сказал, что… - и она замолчала, глядя на него.

- Ну что? Что он сказал такого? – спросил Антон. – Серьёзное что-то? Да сядь ты, не стой, легче будет.

Жена села в кресло и закрыла глаза. Так и сказала:

- Миша сказал, что авария случилась. Кузя погиб. Кто-то рельсы развинтил, паровоз тряхнуло, он отцепился от вагонов, покатился под откос, и вот… Перелом позвоночника.

- Да, – Антон перекрестился, - это ужас какой-то. Хоть и штрейкбрехером стал, но всё же… Это и моя вина… Не объяснил.

Он знал, что за поезд вёл на этот раз Иванов. Товарные вагоны, с тряпками из Китая. «Хорошо, что не пассажирский» - подумал Антон Владимирович.

Ночью Антону Владимировичу приснился сон. Почему-т он увидел во сне, как Кузя отправляется в рай, а там – забастовка ангелов-хранителей. Апостол ему говорит: «Ты же ведь штрейкбрехер – ты поможешь нам», и Кузя стал на замену одного из них. Но ангелы-хранители, обо всём узнали, выбросили Кузю в ад. И стал он батрачить за бесплатно, на адских рудниках.

Антон проснулся, и до утра не мог уснуть. Он думал – о том, как организовывать забастовку дальше (понятно же, что Михаил один не справится – молодой ведь совсем, институт только в прошлом году окончил!). Больше всего он боялся, что в раскручивании рельсов обвинят кого-нибудь из забастовщиков…

Но всё же, хоть и доказано было, что рельсы раскручивали воры, чтобы красть металл, бастовать пришлось ещё целую неделю, чтобы власть наконец-то. обратила внимание на требования рабочих.


Теги: орда , вне потока , орда-айтыс , айтыс , лейся песня

16 комментариев

5 Cherryiker
15 апреля 2019, 12:00