Обратная связь
×

Обратная связь

Ревизия маленьких дуростей

  • 8
  • 372
  • 8

Что-то сегодня  с утра меня мучает совесть оттого, что давно ничего не пишу в свой блог.  И этот новый порыв меня страшно саму удивляет, потому что совестливость — довольно редкое для меня в последнее время  явление — как-то так повелось, что в упорной каждодневной борьбе с пофигизмом побеждаю не я.

В общем, есть у меня сегодня желание заняться лёгким самокопанием и попробовать разобратьсяв том, чем набита моя голова. Довелось мне недавно прочитать очень хорошую рукопись нового романа Александра Левина под названием «Графоман». Почему-то мне больше всего запомнилась и легла на душу фраза: «Голова у бабушки набита дуростями» — наверно, потому, что я сразу подумала, что вот это как раз про меня. Да и в самом слове «дурости» есть что-то неистребимо милое.

И я, кстати, лукавила, заявляя, что хочу исповедаться — нет, я хочу рассказать парочку безобидных глупостей. Про моих любимых «тараканов». Собственно, навязчивых идей у меня две.

1. Не будучи верующим человеком, я отчего-то уверена, что кто-то «там» слышит мои просьбы по самым ничтожным поводам и даже пытается мне как-то ответить, чего я, наверное, фактом своего упёртого агностицизма всё-таки не заслужила. Иногда мне самой забавно, какие странные формы принимает эта вера. Я уже писала в посте «Милая маленькая чертовщина» о том, что готова была поверить в то, что найти ремонтную мастерскую компьютеров мне помог дух Феликса Юсупова.  Смахиваю на идиотку? О'кей! Я к тому же уверена в том, что мне преподал маленький урок дух Александра Сергеевича Пушкина. 

Было это в 2006 году, когда Михаил Земсков (Иван Глаголев) получил Русскую премию за «Алма-атинские истории». И привёз в Алматы шоколадный бюст Пушкина. Спустя какое-то время мы, то есть тогда члены Среднеазиатского литературного фронта, собрались у Миши и Ксении, чтобы, как бы это выразиться поделикатнее, скушать частичку классика за дружеским чаем. Когда разрезали большую шоколадную голову, выполненную с большим портретным сходством, всем было очень весело. А я возьми и глумливо скажи: «А почему он внутри пустой? Где мозги из сгущёнки?».

И вот за эту глупость я поплатилась. Ночью у меня очки лопнули. Без всяких на то причин. Ночевала я в ту ночь одна. Кошек тогда у нас тоже не было. Очки лежали посреди пустого стола в маленьком аккуратном футлярчике. Утром просыпаюсь — а стекло треснуло. Аккуратно посередине, как будто его кто-то выпиливал. Настоящий кошмар. Зрение минус одиннадцать, других очков нет. В общем, всё то утро, пока не добралась до оптики, я промучилась — оказалось, что даже перейти дорогу — это большая проблема. За что же так жестоко, Александр Сергеевич?

2. Неистребимая жажда романтики, что ли. Люблю, конечно, Поля Верлена с его знаменитыми строками: «Канавы, полные навозом через край. Вот какова она, моя дорога в рай!» («В трактирах пьяный гул, на тротуарах грязь», перевод Бенедикта Лившица). Однако же практически ежедневно наблюдая из окна сборище микровских алкоголиков, должна заметить, что это копошение простой и не омрачённой интеллектом жизни — скорее удручающая картина, нежели вдохновляющая.

Однако же в этот Новый год столь нелюбимые мной алкоголики оказали мне неожиданную услугу. Что называется, от противного. В смысле, они горланили под окнами намного громче обычного — так, что я начала метаться по квартире, думая, чем же от них спасаться. Телевизор — для меня плохой вариант, потому что мне просто тошно становится от тупости новогодней программы. Одинаковые усыпляюще-развлекательные поздравительные концерты на всех телеканалах  - пожалуй, единственная вещь на свете, которую я ненавижу. Особенно в сочетании с запахом подкисающих салатов и выдыхающегося вина  с новогоднего стола.

В общем, я опять заболталась. Второпях перерыв диски на полке, я поставила «Дориана Грея» Оливера Паркера, 2009 (этот фильм я всё не решалась посмотреть, наслушавшись и начитавшись воплей о том, что «так нельзя, это кощунство»). И меня потряс, поразил, очаровал Бен Барнс. По-моему, это самый органичный и самый «родной для эпохи» Дориан Грей, которого я когда-либо видела (а видела я не то чтобы много —  знаменитый американский фильм 1945 года Альберта Луина и советский телеспектакль с Валерием Бабятинским в главной роли). Впрочем, мои восторги относятся скорее к актерским работам, работе художника и композитора,  а не к фильму в целом — хотя бы потому, что у фильма, на мой взгляд, недостоточно «дотянутый» финал. Катарсиса нет, а жалко. Но всё равно — фильм произвёл на меня очень сильное впечатление. Давно не помню такого, чтобы я не могла после просмотра спать — волнуясь и думая, можно ли так экранизировать литературное произведение или нельзя. Считаю, что можно. Даже самая заветная заповедная классика не должна превращаться в музейную ветошь. Хотя бы потому, что в таком виде она становится никому не нужна.

Эх, родные мои микровские алкоголики — как же я вас, оказывается, люблю! Ваши безобразия под моими окнами — это, пожалуй, единственная сила, которая ещё способна заставить меня поднять зад и начать бороться с пофигизмом!

Теги: кино , культура

Читайте также

8 комментариев

316 DMakhmetova
02 июня 2012, 13:12