Обратная связь
×

Обратная связь

ТДО. Кардинал Ришелье. Воссоединение

    27 января 2014 в 11:02
  • 64,6
  • 417
  • 27
  • 64,6
  • 417
  • 27

Девочка двух с малым лет лопочет что-то неразборчиво, теребя крестик на цепочке – цепочка длинная, рассчитанная на жизнь, крестик болтается в районе живота, поблескивает в неуклюжих пальцах…

Румяная второклассница приносит из школы букетик – это ей вручили мальчики класса в честь восьмого марта, а она вручает маме, потому что маме больше не кому…  

Не по-девичьи коротко стриженая, с чуть хриплым голосом только что состоявшаяся студентка с гордостью показывает матери фото списка зачисленных – она вверху его, одна из набравших высший балл при поступлении…

Сгорбленная за столом кухни Нина Андреевна смотрит на фото, с которого единственное дитя жизнерадостно улыбается на церемонии вручения дипломов, медленно теряя силы в попытках сохранить каждое воспоминание о мертвой дочери.

***

Ее нашли почти сразу же после убийства. В просторном парадном можно было пройти, и не заметив темный закуток перед подвальной лестницей, но пес Борисовых сначала затормозил, принюхиваясь к темной лужице, затем лизнул ее, Борисов-старший отдернул собаку и заглянул за стенку, чтобы понять, откуда это взялось. Приглядевшись и разобрав, что случилось, он побежал наверх, позвонил в нужную квартиру, не решился сам сказать все Нине, убедив ее срочно спуститься вниз, и пошел к себе вызывать полицию. Потом орущую мать держали другие соседи, не давая прикасаться к телу, следственная группа проводила экспертизу места преступления, кто-то говорил, что видел, как парень в черном нервным шагом скрывается между домами, а потом приехала сестра Нины и увела ее в квартиру, где обе женщины рыдали, пока и слезы не кончились.

— Нинуль ты крепись я с тобой буду во всем помогу Ларик приедет скоро говорит что пару выходных возьмет тоже похлопочет нужно Валеньку проводить достойно справимся Нинуль все вместе справимся ты держись только ладно Нинуль я у тебя останусь все сделаем все переживем все

— Спасибо, Вера…

— Ты может поспишь я приберусь хочешь еще выпей полегчает может ну или поплачь Нинуль на вот пригуби еще и поплачь или давай о чем хочешь поговорим или помолчим давай если хочешь

— Не знаю, не хочу ничего…

— Нин ну я не могу я тебе так помочь хочу Нин Нинуль ну что сделать Нинка сестренка ну как мне тебя поддержать бедная моя одинокая моя бедная бедная может давай я его найти попробую тоже поддержка человек же тоже дочь же она ему все-таки

— Нет. Ненавижу…

— Ну брось ну такое горе Нин я понимаю все но Валенька она ж ваша и его тоже ну хоть сейчас прости его Нина а ну век не виделись еще столько же не свидитесь но похоронить то проводить то пусть придет

— Вера?..

— М?

— Спасибо тебе. Ларику спасибо. Но не лезьте – с этим не лезьте. Он ее не видел двадцать лет…

— Ну сидел же потом сама же не…

— Помолчи. Я договорю. Ей живой отец не нужен был – я ей была отец – и сейчас тем более не нужен. Видеть не хочу, знать, где он и что – не хочу. Закончим это, хорошо? Налей.

Тело отдали родным быстро. Причиной смерти следствие установило две ножевые раны, мотивом убийства – разбойное нападение. Через два дня Валю похоронили.

***

Петр Иосифович сидел с книгой в кресле посреди антикварного салона, Настя аккуратно протирала прилавок с часами, охранник Саня копался в телефоне на стуле у двери, когда в помещение зашел сутулый молодой человек с бледным лицом в потертой кожанке. Кивнув Сане, вошедший направился к хозяину салона.

— Здрасьте, Петриосич, — заговорил он негромко, нерешительно протянув руку. 

— Здравствуй, — посмотрев поверх книги и вроде не заметив тянущейся ладони, ответил сидящий.

Гость сунул руку в карман, помолчал пару мгновений, затем прокашлялся.

— Тут это, вещь одна, вам интересно будет.    

— Покажи.

Парень замешкался, оглянувшись на Настю – та не обращала на них внимания, переставляя статуэтки. Он обернулся в сторону Сани – охранник смотрел на него в упор. В неуверенности посетитель снова взглянул на человека в кресле.

— Покажи, свои все, — чуть раздражаясь, поторопил его Петр Иосифович.

Золото звякнуло о столик возле кресла. Хозяин отложил книгу, поправил очки и взял принесенное. Что-то случилось с его лицом – вернее случалось несколько раз, пока он рассматривал то, что сегодня предлагал купить пришедший. Сначала брови антиквара еле дернулись вверх, затем сомкнулись губы, слегка дернулась щека, после цвет лица будто бы стал ярче, подчеркивая седину в щетине, и наконец, немного прищурившись, Петр Иосифович глянул на стоявшего напротив парня заметно заблестевшими глазами. И поднялся.

— Настя…, — голос на секунду дрогнул. – Кхм. Настя, давай закрываться уже, иди домой.

— Да ладно, полчаса, Петр Иоси…

— Иди, не спорь, — твердо произнес шеф и убедительно улыбнулся девушке.

Парой минут позже Настя уже выходила, на ходу накидывая пальтишко. Охранник запер дверь на ключ и повернул табличку надписью «Открыто» внутрь. Хозяин резким движением подтолкнул парня в кожанке в сторону подсобки, жестом показав Сане следовать за ними…

***

Нина лежит в койке все еще уставшая, ослабленная, а он держит на руках свою малышку, та кричит, и он тоже хочет – от радости, от счастья…

Конвой грубит, в этапе холодно, но в мыслях не десять подобных лет как минимум, а то, что она научилась называть его папой и больно щипать за ногу, когда хочет на ней кататься…

В длинном платье, украшенным лентой выпускницы, она – самая цветущая среди всех девочек школы, и можно смотреть, но не подойти, потому что был на войне и сгинул навеки, дочь матери верит…

На кладбище тихо, и кажется, что слышно, как слеза рвется о щетину. Он убирает трясущиеся испачканные ладони с холмика могилы, где теперь схоронено все, что он подарил Валентине – цепь, крест, жизнь. 

Теги: спорт

27 комментариев

86 Ejica
27 января 2014, 11:02