Обратная связь
×

Обратная связь

Мужское счастье. Четыре

    15 марта 2013 в 11:26
  • 37,1
  • 466
  • 47
  • 37,1
  • 466
  • 47

                                                                             «…он теперь есть и живет, а через  три минуты
                    будет уже нечто, кто-то или что-то, — так кто же?
Где же? Всё это он думал в эти две минуты решить!»

-Князь Мышкин

Ф.М.Достоевский. «Идиот»  

Когда подуешь на холодное стекло, на нем можно рисовать. Написать свое имя или что-нибудь еще. А потом непременно потянет запахом пирога из кухни. Через линии букв, выведенных на стекле, видно как Барсик вертится вокруг ног дедушки, выпрашивая печенюшку, которая наверняка припрятана у него за пазухой. А еще (только это секрет) в моем кармане…

Пустыня. Палящие лучи солнца, не желают оставить здесь ничего живого. Редкие звуки, издаваемые ветром, тонут в раскаленных волнах этого бескрайнего песчаного моря. Иссера-белый песок занимает все видимое пространство, вплоть до еле различимого в мареве горизонта. Кажется, что кроме песка здесь ничего и никогда не существовало. Лишь одинокие кустики перекати-поля, словно головы, отрубленные беспощадным топором палача, тоскливо скачут, не находя покоя. Да еще безразличные к жаре гады и скорпионы, подобно обученным шпионам незримого повелителя этих мертвых земель, рыскают в поисках новой жертвы.

Я пью огромными глотками из пластиковой бутылки, холодные капли стекают по кадыку за ворот рубашки. Бутылку отнимают и передают следующему. Боль рассекает мою голову ровно на две половины. Трясет так, что хочется выхватить из рук конвоира пистолет и выстрелить себе в лицо.

Из рассеченного лба Карика струится кровь. Он кривит разбитые губы и осторожно пьет из поданной бутылки мутноватую воду.

Васька молчит, из-под его разорванной рубашки виднеется татуировка обнаженной женщины. Халтура. Карик бил ему это тату в изрядном подпитии.

Ильдар, огромный как буйвол, с завязанными за спиною руками, тащится еле-еле. Его постоянно тычут дулом в спину. Боятся, что вырвется. Мы давно с ним знакомы, и я знаю, о чем он думает в этот момент: У него две дочери. Младшенькая учится во втором классе, старшая — в четвертом. Отличницы. Летом, каждые выходные они выезжали за город: ставили палатки, ловили рыбу. Фотографию дочерей, бережно завернутую в целлофан, он хранит в нагрудном кармане. Во время отбоя он смотрит на них, улыбчивых, красивых, и, кажется, сам становится моложе. Вот оно – его счастье. В них двоих.

Нас ведут узенькой тропкой в противоположную заходу солнца сторону. Мы знаем, что случится, когда нас приведут. Думать об этом не хочется, хочется вспомнить что-то хорошее. То, что сделает хоть немного счастливее, если это возможно в нынешнем положении.

У Васьки на гражданке – бизнес. Друзья, братья. Письма приходили ему чуть не каждый день. Посылки с куревом и снедью. Васян наверняка думает о кабаке и бабах. О машине своей, ласточке. О кальяне и вискаре со льдом. Был же счастлив, какого хрена его сюда занесло? Авантюрист, блядь.

Неимоверно жарко. Ботинки полны песка. Сколько – еще идти неизвестно. Известен только финал. Каждый из нас пытается выудить из памяти светлые воспоминания прошлой жизни. Ухватиться за спасательный круг минувшего времени. Обрывки счастья.

Карик наверняка бы стал известным. Это я знаю точно. Поет как Бог. Немного рвения, и он мог бы петь где-нибудь в Берлине или Милане. Я уверен. Музыка – смысл его жизни. Это просто, избито, но в тоже время недосягаемо для многих. Дайте Карику возможность заниматься музыкой и он будет счастлив.

Пришли.Поселение — десятка два ветхих саманных домиков, в хаотичном порядке разбросанных по низине.

Нас подвели к одному из жилищ. На дверях висит огромный ржавый замок. На всех строениях заколочены окна. Редкие, низенькие деревья по краям когда-то питавших их влагой высохших арыков, тянут свои безжизненные ветви к палящему солнцу.

Нас ставят на колени лицами к стене. Теперь всё.

Ильдар, наклонив голову, смотрит на свой нагрудный карман, в котором лежит фотография дочерей.

— Увидимся, пацаны, – шепчет Васька и закрывает глаза.

Карик смотрит вверх, в темнеющее небо и беззвучно шевелит губами.

Уши резанул щелчок затворов…

А я маленький, мне всего шесть лет от роду. Я сижу на подоконнике дышу на стекло и пишу свое имя. Из кухни доносится запах пирога. Скоро бабушка позовет пить чай. Я счастлив. А еще в моем кармане лежит новенький пугач из медной трубки и гвоздя, который я смастерил сам, тайком от деда.

Теги: спорт

47 комментариев

11 Eric
15 марта 2013, 11:26