Обратная связь
×

Обратная связь

Пластилиновый рай, или Скульптор за работой (Рецензия на цикл стихотворений "Пластилиновые рыбы", Павел Банников)

    12 декабря 2011 в 21:41
  • 0
  • 344
  • 0
  • 0
  • 344
  • 0

Приятно иногда находить неизвестные прежде тексты у любимых авторов или перечитывать уже что-то подзабытое. Каждый раз по-новому. Подобное ощущение возникло у меня после очередного прочтения «Пластилиновых рыб» Павла Банникова. Не хочу сказать, что автор извиняется в предисловии к публикации на сайте, скорее в определенном смысле ностальгирует почти по-пушкински «Мы все учились понемногу...»
Но даже несмотря на все предупреждения Павла Банникова, я люблю этот цикл стихотворений, как любила при первом прочтении, хотя на многое смотрю по-другому, то ли с высоты прожитых (как бы пафосно ни звучало! ) лет, то ли уже с высоты филологического образования и множества прочтений. Но перейдем к тексту...
Первое стихотворение «Полувертень» более чем интригует формой

ний бум с рабочих мест вечер / ает ближе к окраинам затих.

При «непрямом», так сказать расшифрованном прочтении эта интрига не то, чтобы низводится, но пошатывается вместе с рушащейся мистической мелодикой. Потому буду утверждать, что прелесть данного текста именно в подобном воплощении, которое угадывает или находит для себя автор. В определенном смысле оно наводит флер загадочности (шифра! ) на цикл целиком.
Неслучайно здесь появляются мидгардские деревья ольха и ясень

Между сгоревших в грозу кленов / и опаленных берез / врастем рядом / зелеными / ольхой и ясенем,

символизирующие мужское и женское начала (согласно мифам скандинавских народов мужчина был создан из ясеня, а женщина из ольхи), восточный символ двух рыб

смеемся слившись / две пластилиновые рыбы,

которые требует некоторого «затекстового» знания. Замечательно обыграна череда образов быстро утекающего («оскупившегося», «шепчущего», «капающего») времени:

Цык-цык, тихо» – бегают в ухе
шепоты из круга циферного.
Оскупилось время
придуманными часами:
«Цык-цык, цыц! » – укапывает на дверь,
китает из пластмассового куба,
вынаряживает в цыпочки.
Затушу багрово голос неостановимый.

Тонко и очень органично автором вплетаюся друг в друга казалось бы настолько разные по содержанию образы: «мамонт арки» и «аммиачные сумерки» (плюс еще мощная отсылка к Блоку), и кажется это тот самый момент в цикле, которые выкидывает из романтически-страстного забытья не только лирического героя, но и читателя:

… мамонт арки.
Аммиачные сумерки –
в ночь.
Аптека. Латекс. Дверь.

Завершающее цикл стихотворение как будто хочет стереть реальность происходящего: словно в похмельном непонимании и призрачности произошедшего накануне снова нырнуть в иное измерение, но нет. Автор ставит точку в отношениях лирических героев:

Знаешь, сон такой страшный… Не сон?
А может...
– Может. Но всё же вряд ли.
(Неправильный в этот раз вышел рай.)
– Живой?
– Да,
вроде в порядке.
Пока.
– До встречи.
– Звони.
– Бывай.

С благодарность к Павлу.
И с рекомендацией к читателям.

Впервые опубликовано здесь

Теги: культура , общество , казнет , рецензия , Пластилиновые рыбы , Павел Банников

Читайте также

0 комментариев