Обратная связь
×

Обратная связь

Старинное фото намба уан. Владимир Иульянович и девочка Оля.

    13 декабря 2020 в 22:07
  • 1841,4
  • 66
  • 7
  • 1841,4
  • 66
  • 7

В общем, начну я серию про старые фотографии. И начну с самой старой фотографии из существующих у меня. Самой простой, потому что я знаю об этих людях настолько мало, что написать о них будет просто. На фото запечатлён мой прапрадед, отец моей прабабки Анны Владимировны, матери моей бабки со стороны матери, Августы Константиновны, Владимир Иульянович Федосеев и две его племянницы, мои двоюродные прабабки, тётя Оля и тётя Поля. Сорри за дотошность, просто самому интересно было разобраться, кто это такие.

Фото дореволюционное, ориентировочно сделано в промежутке от 1900 до 1910-го года. Владимир Иульяныч на ней уже степенный пожилой мужчина, а племянницы - щеглухи – младшей, Оле лет 12-ть, старшей Поле – лет 19-ть.

О прапрадеде я знаю практически ничего. Знаю, что он был очень обеспеченный человек, из мещан, но пробившийся достаточно высоко. У него был небольшой, но успешный бизнес, частная мельница, приносившая неплохой доход. Этим обстоятельством он вполне даже кичился. Говорил, что хоть и не из дворян, но доходу побольше их имеет, да и сам себя сделал, в отличие от них.

Обстоятельства его жизни почти все испарились в пучине безвременья, остался только один анекдот, зато смешной.

Владимир Иульянович всю жизнь был человеком крайне серьёзным, но под старость лет в нём проснулись дремавшие демоны, и он начал крепко закладывать за воротник. Причём, заложив за него, он становился буйным. Сжимал кулаки, и начинал кидаться на жену и детей.

- Суки ёбаные – кричал он – Я сейчас вам всем мозги на место поставлю. Ишь, оглоеды, зачем я вас кормлю, сволочи, бляди проклятые?

Кулаками он сучил, в основном, в воздухе, поэтому никто особо не воспринимал это за угрозу. Нехай бесится старый. Но, однажды, он таки внезапно вдарил по носу своей жене. После этого сыновьями были приняты решительные меры. Как только он выпивал, и начинал размахивать кулаками, они брали верёвку, связывали ему руки и относили на кровать. Лёжа связанным, Владимир Иульянович громко ругал и проклинал их последними словами:

- Чтоб вы все сдохли, твари! Жизнь, всю жизнь на вас угробил, скоты неблагодарные. Благодаря мне живёте в достатке, а вот ослабею, краюхи хлеба не допросишься, скоты, блядьё! Блядьё поганое! Да чтобы вы сгнили все, к чёртовой матери, сволочи! Сволочи вы все! Отца связали и рады.

Такие спичи продолжались от десяти до двадцати минут, после чего прапрадед засыпал.

Вязать его во время попоек стало доброй семейной традицией. Более того, Владимир Иульянович настолько привык к этой процедуре, что перед тем как выпить, сам стал приносить верёвку и говорить:

- Вот, принёс, я сейчас хлопну, а вы потом меня свяжите, сынки, и уложите на кровать, пожалуйста! А то я бузить буду, знаете же. Вы уж простите старика. Знаете же, что я вас люблю. Просто не могу с собой совладать.

Так и делали.

Шли годы, Владимир Иульянович старел, и потом вовсе не смог засыпать без верёвки на руках, даже если не выпивал.

- Сынки, я спать хочу, тащите верёвку, свяжите меня, пожалуйста!

- Да иди ты спи уже, батя, не морочь голову!

- Так я же не усну, свяжите, говорю!

Они накидывали ему на руку верёвку и пару раз оборачивали. Владимир Иульянович засыпал довольным сном младенца. С несвязанными руками уснуть не мог, и постоянно обзывался.

Прожил он долго, лет до 80-ти точно, и до самой смерти перед сном ему связывали руки, этот ритуал был лучше любого снотворного.

Вот и всё, что я знаю о своём прапрадеде.

О девушке Поле, которая справа, я не знаю ничего.

А вот про Олю, самую маленькую девчонку, мою двоюродную прабабку, кое-что знаю. Она выросла настоящей красавицей, но с капиталом у родителей было неблаговидно. Оля стала, что называется, бесприданницей. Поэтому её взял замуж степенный обеспеченный мужчина, много старше себя. Он взял её как приз, понимая, что становиться её хозяином, и она пошла, хотя совсем его не любила, просто, родители договорились с женихом. Надо сказать, что вариант вышел неплохой. Муж её уважал, никогда не бил, не унижал, завалил её тьмой драгоценностей, она родила ему двух сыновей.

Он обзавёлся красивой вещью, любил её, ухаживал за ней, и она привыкла.

Потом её мужу стукнула в голову блажь, хочу купить катер и ходить по реке. Куда бы вы думали он поехал? Правильно, в Семипалатинск, было это перед самой революцией. Он купил большой катер и бороздил Иртыш почти круглосуточно. Дома его не видели. Оля сидела одна, нянчила сыновей, распоряжалась прислугой.

Продолжалось это недолго. Однажды ночью, муж, находясь в подпитии, внезапно кинулся со своего роскошного катера в реку, утопиться он не хотел. Просто решил покупаться,но таки утопился, выплыть не смог.

Осталась Оля одна, вдовой с двумя детьми, наследницей завидного состояния. Правда попользоваться им не успела, грянула революция, Оля лишилась всего имущества, и бежала из проклятого Семипалатинска куда глаза глядят.

Тут теряется её след. Туман времени всё застилает. Не знаю, что с ней было до самой войны. Была из того туманного времени только ещё одна фотография, которую я сейчас не могу найти, к сожалению. Оля сидит там вместе со своими сыновьями, сыновьям лет по десять. Она там прям невероятной красоты брюнетка, какая-то Моника Беллуччи, топ-модель, такая игривая, в забавной майке-матроске и матросской же шапочке с лентами. Обнимает двух своих сыновей, совсем на неё не похожих белобрысых мальчуганов.

Перед войной, она снова появляется в рассказах родных - красивая дама, со следами чужеродности пролетарскому строю, с остатками личных драгоценностей, циничностью и апломбом. Хоть она никогда не была дворянкой, но годы в холе и неге, последующее разорение, невзгоды, сделали её такой, циничной, эффектной, злой, цитирующей Северянина по памяти, постоянно иронизирующей над пролетарским братством.

А тут война, оба её сына уходят на фронт и оба гибнут.

Стоит ли обяснять, какой трагедией стало для неё это? Оля осталась совсем одна. Никаких серьёзных отношений больше не завела. Она всегда была из другого мира, никак не могла освоиться в новой пролетарской России. Постоянно стебала её, и её представителей, сарказмировала, издевалась и ржала ей в лицо.

Вместе с убитыми сыновьями, Оля потеряла смысл жизни. Ей осталась одна забава, пальцы в рот, да весёлый свист. И она забавлялась, и отрывалась. У неё в эти годы было много любовников, как говорят, но не было ни одного человека с кем бы она решилась связать судьбу.

И тут опять непроглядный туман времени всё застилает, через него не в силах будет пробиться больше никому и никогда.

Дальше мы видим Олю пожилой степенной дамой с квартирой в Ташкенте. Почему, внезапно, в Ташкенте - не знаю. Просто примите как факт. Она полное олицетворение царской России. Она всё также иронична, смела и несчастна, но в любом несчастии держит спину прямо. Оля как бы плюет всем в морды, говоря, что она русская дворянка, хотя на самом деле, никакой дворянкой никогда не была.

И в это время она тесно общается с моей мамой. Та ездит к ней в гости, а Оля постоянно дарит ей свои драгоценности, ещё каким-то чудом уцелевшие в достаточном количестве, рассказывает о старых временах, о каких-то своих любовниках, у них возникает бесконечная духовная близость.

Они постоянно ходят гулять вместе, они смеются над всякой ерундой.

Так продолжается несколько лет, в любой свой отпуск мама едет к тёте Оле, и они кайфуют друг от друга. Она обожает её, говорит, что Оля самый близкий ей человек. Та столько ей рассказывает, она настолько шикарная, настолько ироничная, настолько умная, что хочется постоянно быть с ней и впивать каждое её слово. В её доме сотни книг, которых мама никогда не читала, а Оля относится к ней как к дочери, и постоянно суёт ей в руки всё новые книги, рассказывает всё новые истории.

И лишь несколько лет спустя Оля попросила:

- Останься со мной, милая, я прошу тебя, я ведь совсем одна, совсем совсем одна, я уже старая, мне страшно, скоро я не смогу за собой ухаживать. Я всё сделаю для тебя. Эта квартира будет твоя, я на тебя её запишу, просто не уезжай от меня больше, я ведь совсем одна.

У мамы была своя жизнь, и она не смогла всё бросить и посвятить её старости тёти Оли, она пообещала вернуться, и уехала навсегда, а Оля вскоре умерла, и квартира… Да чёрт его знает, что там стало с этой квартирой в Ташкенте. Пофиг на неё, я понимаю всех в этой истории, и маму и Олю.

История фотографии вышла грустной, но какие реальные истории весёлые? Все они, так или иначе, заканчиваются смертями, и когда я смотрю на эту маленькую милую девочку с фотографии, то не верю, что всё это я сейчас рассказывал про неё.

Но именно про неё я и рассказывал.

Теги: общество , семья , вне потока , старые фото , старые фотографии

7 комментариев

1 Podpolny
13 декабря 2020, 22:07

Спонсоры этого поста

  • Porco