Обратная связь
×

Обратная связь

Наказание

    21 декабря 2011 в 20:03
  • 5
  • 295
  • 4
  • 5
  • 295
  • 4

Сын уныло брел по двору, волоча потрепанный рюкзак по земле. Рюкзак оставлял следы в пыли, цеплял пожухлые листья и целее от этого явно не становился, но Сыну было все равно. Даром, что от наступившей осени, пасмурного неба и безлюдного двора с остовами турников и качелей на детской площадке, настроение никак не становилось более радостным, так еще и груз, предстоящего наказания ложился на детские плечи. Наказание пугало и наводило тоску. Как обычно становилось непонятно, что хуже – само наказание или его ожидание. Но даже это философское взрослое размышление не прибавляло желания все ускорить. Поэтому сын шел как можно медленнее. Не идти домой он тоже не мог. Ночевать ему было негде, остаться в парке на скамейке, как прошлым летом, сейчас было невозможно. Хотя осень еще и не уступила зиме, но ночи уже были достаточно холодными и промозглыми, чтобы можно было использовать ту избитую фразу про собаку и хорошего хозяина, который пожалеет ее выгнать на улицу в такую погоду. В переводе, применимом к данному моменту, это означало как минимум воспаление легких. Его тонкая куртка, доставшая по наследству от старшего брата, а посему далеко не новая, и сейчас-то не согревала хозяина, а ночью на скамейке на нее надежды не было никакой. «Вот так, замерзну насмерть, тогда-то они пожалеют! Тогда-то они поплачут» — жалость комком стала подбираться к горлу, задрожали губы, заложило нос. Размышления о торжественной похоронной процессии, горюющих родителях, плачущей соседке, которая всегда так к нему хорошо относилась и угощала залежалой курагой (и откуда она только у нее бралась, сада-то у нее нет?), насупленных и искренне переживающих его смерть одноклассниках (и даже Толстом, который внешне спокойно, но в глубине души по-детски болезненно пожалеет о том, что разбил ему нос и унизил перед всем классом за то, что Сын не уступил очередь в столовой)… Размышления обо всем этом отвлекли от мыслей о неотвратимом, но дверь в квартиру, неожиданно возникшая перед глазами словно ниоткуда, резко вернула к действительности. Холодок пробежал по спине и ушел куда-то вглубь тела, не давая забыть о проступке. Ну как? Как Сын мог забыть деление дробей, ведь они проходили их почти всю прошлую четверть? И это сейчас, на контрольной за четверть! И ведь математичка не пожалела же, влепила двойку. «Сука, грязная сука» — сквозь зубы, немного шепелявя, с обидой и по-детски неумело выругался он. За дверью послышался скрип. Похоже, Отец ждал его. «Он ведь знал о контрольной!» — пронеслась в голове холодящая догадка. И это была долгожданная возможность снова сорвать на Сыне злость за неудавшуюся жизнь, за годы жизни с нелюбимой женой, за потерянную в годы перемен работу и пропитую гордость, за неуважение соседей и даже собутыльников, открыто презиравших Отца за слабоволие и трусость. Это была отличная возможность почувствовать себя сильным и обрести на какое-то время уверенность в себе. Это была жажда просто получить удовольствие от насилия, заменившее ему отчасти секс, на который он был уже неспособен так давно, что воспоминания почти стерлись из памяти, и даже не было понятно, были ли это воспоминания или фантазии. «Только бы трезвый… Только бы трезвый… » — последнее, что мелькнуло в голове у Сына, в тот момент, когда открывающаяся в полумраке подъезда дверь позволила проникнуть его взгляду в темный коридор квартиры… 

Теги: вне потока , общество

4 комментария

1581 Prostoi
21 декабря 2011, 20:03