Обратная связь
×

Обратная связь

Сметанин-8

    26 января 2013 в 19:23
  • 28,7
  • 398
  • 23
  • 28,7
  • 398
  • 23

Предыдущая часть

Сметанину хотелось закрыть глаза, а открыв обнаружить себя на вершине Эвереста. Или в военном бункере в 1942-ом. Или в канаве с переломанными ребрами. Он уже привык к вспышкам: когда за шторами век тебя ждет очередной неожиданный поворот сюжета, и теперь отчаянно пытался.

Но нет.

Парень с липкими жирными пальцами оставался там, где и был – на соседнем месте в купе, где можно было курить. Главное, чтобы проводник не увидел. Здесь можно было курить.

— А че там? – спрашивает. Ещё не дожевал свое куриное крылышко, но уже спрашивает, кивая на книгу:

— Че это, книга?

Этому парню не многим больше восемнадцати, должно быть. На лице пушок, в глазах пустота. Он подсел на предыдущей станции, хотя Сметанин почему-то планировал, наконец, остаться один. Ему хотелось побыть наедине с собой. Очень. Но вот вошел этот здоровенный отрок. Незнакомый. Сметанину думалось, чтобы вошла мама. Ему очень хотелось, уж если не одиночества, то хотя извиниться.

Но нет.

Парень был широк и глуповат, брит почти наголо. Футболка обтягивала рельеф мышц, а под «пидоркой» оказался совсем маленький, как у обезьянки, лоб. Он развернулся как у себя дома: вынул банку какой-то дряни «для качалки», два больших батончика шоколада, кефир, и огромную жаренную курицу. Сметанин тоже любил жаренную курицу, и хотелось есть, но глядя на стол он едва не блеванул. Теперь во рту стояла горечь.

Противоречиове чувство ненависти.

Парень не будет пить коньяк. Это точно.

Сметанин молчал.

Парень через некоторое время стал есть, у него ещё были конфеты.

— Будешь коньяк? — спросил Сметанин.

— Нет, — хрюкнула парень. — Я не пью ты че. Качаюсь сейчас. 

— А чем там? — прошло всего пару минут, как у парня был превышен лимит молчания. 

— Где?

— Ну вот, че, книга?

Сметанину было не по себе. Ему было неприятно. Ему хотелось взять остро отточенный карандаш и с размаху всадить в глаз парня.

— Нет.

— А че тогда? – растянул губы в улыбке. Довольно мерзко. Его губы блестели жиром, а в зубах торчал непрожеванный кусок мяса.

— Ничего.

— Гыгы, — сказал парень.

— Ммм… — сказал Сметанин.

— Как тебя зовут? – спросил парень.

— Сметанин, — сказал Сметанин.

— Че, сметану любишь?

— Нет.

— Гыгыгы...

 

Сметанин стоял в тамбуре и курил. Нервно крутил в руках карандаш. В голове калейдоскопом мелькали сотни лиц: все они. Кто-то, кто внезапно ушел (здесь почему-то вспоминались ангелы) и кто-то, кто был совершенно зря. Все. Они. Сметанин докурил до фильтра, затушил и вернулся в купе. Спортсмен храпел. Сметанин ехал назад уже, к точке отчета. Время не имело смысла. Сметанин возвращался туда, назад. Он все время хотел отчаянно думать, что возвращается домой. Домой. Это билось в его голове, как мантра, но в итоге, так и так, казалось не очень честным.

Он возвращался туда, где мог бы быть его дом. Гипотетически.

Обратный билет на поезд, кислая мина проводника с прыщем на верхней губе. Огромным таким прыщем. Здоровенным.

— Вот, возьмите.

Тихий стук, и уже это кажется что в голове, а не по рельсам, и уже кажется, что вообще ничего может не быть. Ни рельс, ни снега. Снега нет, не-а – сейчас лето. Все иллюзорно.

Сметанин хотел верить самому себе, что возвращается исключительно и только домой. Никуда больше. 

Вот и всё, вот и конец. Кажется, что за эти четыре дня прошло очень много лет, и кажется, что ты так много успел узнать. Не узнав ровным счетом ничего.

Тук-тук-тук… Тук-тук… Тук-тук…

****

В городе было лето, лоб Сметанина намок. Дышать было очень тяжело, поэтому курить, даже если хотелось, не очень моглось. А хотелось. У Сметанина зачем-то было с собой пальто; две сумки, несколько книг, шапка с «ушами», две пары джинсов и плеер. Плеер не работал. Кажется, никогда.

Полный решимости раз и навсегда расставить все точки над «i», Сметанин докурил у дома психолога (как здесь все странно изменилось за эти четыре дня), пульнул окурок через соседний забор и вошел.

Ворота церкви иеговистов не закрывались практически никогда, и собак здесь не было, только кудахтанье. Дом стоял на пологом холме, едва ли не посреди деревни, как цитадель.

Сметанин вошел в кабинет к психологу.

— Здравствуйте!

Психолог посмотрел на Сметанина поверх очков.

— Я хотел сказать вам…

Психолог кивнул на диван, но как-то настороженно, что ли. У него были другие, не те очки, и в кабинете совсем не пахло табаком (но все это Сметанин поймет потом, позже – сейчас его распирало):

— Я понял всё, ага.

Психолог кивал.

— Я все понял, — Сметанину очень хотелось курить. – Вы большой молодец, док. Я понял. Все эти экзистенциальные техники восприятия реальности, поиск смысла. Я должен пройти какую-то грань, за которой начинается свобода от себя самого. Мне кажется, я понял. Вы хотели изолировать меня от мира, сделать так, чтобы у меня было немного времени подумать, побороться со своими демонами, а? Док – вы мастер. СметанинVS демоны! Один ноль в пользу Сметанина!

Психолог изогнул бровь.

— Ну? – Сметанин вертел в голове лица. – Ну что вы скажите? Вы большой молодец, док. Множественная психофуга на фоне эмоциональной дисфункции, так? В кого из них были  влюблены, а? Расскажите? Скажите как, как вы умудрились понять, что мне нужно, когда не понимал я сам?

Сметанин говорил ещё много чего – пытался вслух разбираться в себе, анализировать, вспоминать, благодарить. Психолог кивал.

— Блин, я… Знаете, док, я вдруг внезапно ощутил себя живым. Вот у тебя ничего не осталось, но в тоже время есть абсолютно все. Все умерли и никто не умирал. Любви нет и все вокруг наполнено любовью. Бога нет, но я и есть бог! Здесь и сейчас, в данный, конкретный момент!

— Ясно…

— Что? Что-то ещё? Я когда ехал назад, сюда, я ехал в купе с отвратительным созданием. Мне искренне хотелось его убить. Это нормально?

Сметанин пытался говорить много и быстро, как будто кто-то вдруг мог бы взять, и отобрать у него голос. Сметанин любил свою бывшую жену и очень пытался поверить в глупость бога.

— Док, я просто немного запутался. С кем ни бывает. Страх – это нормальное явление. И черт знает, чтобы со мной стало, если бы не вы! Спасибо!

— Не за что… — инертно как-то, все поглядывая на дверь через левое плечо Сметанина. – Слушайте, а можно только один вопрос?

— Конечно, док! Естественно!

— А вы кто?

 

— end -

Теги: культура , общество , лытдыбр , орда , ну вот и все , отмучились , ебашькомменттоварищдорог

23 комментария

467 SashaLevin
26 января 2013, 19:23