Обратная связь
×

Обратная связь

Каприз Вселенского Разума (Фантастическая история) Часть I

    06 июля 2013 в 19:59
  • 0
  • 165
  • 0
  • 0
  • 165
  • 0

Часть   I

 

Безветренная погода наглядно демонстрировала свое отношение к национальному флагу, скромно висевшему во дворе, напротив окна комнаты Лино. Он в который раз просыпался разбитым после очередной ночи раздумий о своем назначении в этом мире. Хотелось сделать что-нибудь особенное и, несомненно, положительное для блага человечества. Эти мысли не покидали его и постоянно преследовали, загоняя его «в себя» и заставляя думать о своей никчемности, хотя это было далеко не так.

Он проснулся от шума компьютера, который включался сам, желал доброго утра и прекрасного настроения и выводил на монитор список электронных сообщений.

— Добрый день, Лино! – прозвучал в динамиках мелодичный женский голос. — Желаю вам удачного дня и отличного настроения! Для вас письмо от Лэвини Флэвер! «Открыть письмо?» — мигая, спрашивало окно на мониторе. «Кто бы это мог быть?» — подумал Лино. – «Может быть, одна из студенток с семинара?» Спам[1] никогда не поступал в ящик Лино, он имел надежную защиту от такого рода писем. Лино щелкнул по кнопке «Открыть письмо». Письмо, полученное в пять утра, открылось и, к удивлению Лино, ожидавшего увидеть большой текст, там была следующая строчка: «Нам нужно увидеться в обед в кафе «Пайя»[2]. Лино понял сразу, что эта Лэвини, наверняка, хочет рассказать ему что-то важное, связанное с НЛО и, не задумываясь, решил пойти на встречу.

Закончив свои дела в университете, Лино пришел в кафе в двенадцать дня. К этому времени погода начала портиться: небо затянуло тучами и, очевидно, собирался ливень. Лино обратил внимание на девушку у входа в кафе. Она была среднего роста, в приталенном белом платье с кружевной серой вставкой, опоясывающей ее изящную талию. Каштановые локоны ниспадали на плечи. По ее красивому лицу трудно было угадать ее этническую принадлежность. Она приветливо и немного застенчиво смотрела на него голубыми глазами и улыбнулась ему:

— Привет, Лино!

— Привет, ты, наверное, Лэвини? – улыбнулся в ответ Лино

— Да, я Лэвини. Я думаю, выбор места встречи подходящий?

Лино был заинтригован, и ему не терпелось узнать, что такое хочет рассказать ему эта милая девушка. Они зашли вовнутрь и выбрали столик у окна.

Лино открыл меню, выбрал манговый сок и буррито. Лэвини отказалась от еды  и тоже выбрала манговый сок.

— Я думаю, ты теряешься в догадках, вспоминая, где же мы могли встретиться? — спросила Лэвини, чувствуя, что он сильно заинтригован.

— Да, вообще-то, — смущенно признался Лино.

— Мы не виделись раньше, — произнесла Лэвини.

— Я догадался об этом, — с некоторой долей иронии сказал Лино, имея в виду очевидность факта. – Тогда у тебя должна быть очень  важная информация для меня? – предположил он, бездумно рассматривая вилку.

— Возможно, — интригующе произнесла она, глядя в окно. – Ты даже не представляешь, о чем я хочу тебе поведать, — и, бросив пристальный взгляд на него, снова перевела свой взгляд за окно. Сконструированное из стеклопластика, кафе «Пайя» находилось на возвышенности. В нем люди укрывались и от жары, и от дождливой погоды. Между стеклом и столами стояли карликовые пальмы, создавая внутри кафе пляжный интерьер, они тоже расслабляли посетителей, навевая мысли о вечном отдыхе в этой столице Гавайев. Ротанговая мебель, длинная стойка бара из красного дерева, с деревянными стульями на змеевидных ножках. Лино посмотрел туда с завистью и с непреодолимым  желанием присесть на один из них с бокалом вина под прохладные ионизированные струи кондиционеров. Многим туристам нравилась освежающая атмосфера с расслабляющей музыкой мастеров джаза и блюза со всей планеты. Запел Джордж Бенсон «We got the love», и Лино устроился поглубже в кресле, наслаждаясь спокойствием, тихим говором посетителей, переплетающимся с негромким звоном столовых приборов и посуды.

— Лино! – услышал он вернувший его к разговору голос Лэвини. – Я знаю, что ты один из тех людей на Земле, которые очень сильно желают увидеть настоящих представителей внеземного разума. Я знаю, что ты мечтаешь об этом с детства, — внезапно заявила Лэвини.

— Я знал, что разговор пойдет именно об этом, — открыто улыбнулся Лино и пожалел об этом. Сидя рядом с милой незнакомой девушкой, ему меньше всего хотелось говорить об НЛО. – Откуда ты знаешь, что я мечтал об этом с детства? – спросил он вдруг подозрительно.

— Оттуда, — указала пальцем Лэвини. Этот странный ответ заставил задуматься Лино, и он на всякий случай посмотрел вверх, прищурился и, взяв в руки стакан с соком, отпил из него.

— Откуда именно?- решил уточнить он, подумав, что она имеет в виду какие-нибудь научные инстанции. Она выпрямилась в кресле, облокотилась о столик, и внезапно сказала:

— Я представитель инопланетного разума…

Почему-то в этот момент музыкальный диск заело, и песня оборвалась. Звон посуды и приборов вместе с голосами посетителей, усилился и превратился в беспорядочный сплав звуков. Лино смотрел на нее, пытаясь понять, не разыгрывает ли она его. Ее лицо выражало серьезность и искренность.

— Шутка, возможно, удачная, — предположил Лино и попытался улыбнуться, вынул салфетку и вытер губы. – Но я не совсем понимаю, для чего мы встретились  сегодня?

— Да, это так, но об этом никто не должен знать, в противном случае моя миссия завершится досрочно, и я буду отстранена от исследования отдаленных цивилизаций.

Лино ошеломленно  уставился на нее, силясь увидеть в ее красивых глазах насмешку или иронию. Когда он перевел свой взгляд из глубины глаз Лэвини, он увидел серьезное выражение ее лица. Лино подумал, что у девушки не все благополучно с психикой. Она, возможно, влюбилась в него и, зная его слабость и наивный характер, решила таким способом обратить на себя внимание.

— Так, так, — произнес Лино, — отрабатывая в голове планы незаметного отступления. Джаз, манговый сок и морской воздух уже не действовали на него успокаивающе.

— Что, так-так? – переспросила Лэвини, увидевшая в глазах Лино страх и разочарование.

— То есть, нет, нет, — поправился Лино. – Я вспомнил, что мне надо было вернуться пораньше с обеда. Я думаю, нам лучше поговорить в другой раз. Он захотел встать со стула, но какая-то сила не позволила ему сделать это и заставляла его оставаться в сидячем положении. Ненавязчиво заиграла музыка Боба Джеймса, и присущие ресторану звуки утонули в ней. Она посмотрела на него насмешливо и произнесла:

       — Если ты хочешь идти, то можешь встать и уйти, — Лино сделал попытку еще раз встать, но ноги его не слушались, и он  вынужден был оставаться в прежнем положении, не сдвинувшись ни на сантиметр. Лэвини отпила сок, закрыла глаза, словно от усталости, и сказала: — Я думаю, тебе следует выслушать меня, прежде чем пытаться «делать ноги», — в ее тоне была неизбежность факта, и Лино понял, что попал в не очень приятную ситуацию.

       — А как ты это делаешь со мной? – удивленно произнес Лино, возможно, даже в некотором испуге. Ему было одновременно щекотно и неловко от неподвижности, ощущение было такое, будто его загипсовали. – Ты что, гипнотизер?

       — Я всего лишь пришелец, — вздохнула глубоко Лэвини.

       — Ну, хорошо, — Лино прекратил попытки встать. – Тогда, скажи, почему ты выглядишь как обыкновенный человек? Почему ты не серого или зеленого цвета? Не карлик с большущей головой и рыбьими глазами? – съязвил он.

         — Потому что, как ты сам понимаешь, я в мире людей и мне не пристало носить чешую, ходить с хвостом бронтозавра и мигать поочередно паучьими глазами, — ответила в тон ему Лэвини.

       — А ты так выглядишь на самом деле? – Лино с искренней опаской посмотрел на нее. Лэвини саркастически посмотрела на него.

       — Ну, хорошо, допустим, тебе это удалось, как впрочем, и с гипнотическими делами, — скептически произнес он. – Что еще ты умеешь делать, мисс Все-Могу? — прямо спросил он, как если бы собираясь уличить ее в обмане прилюдно.

       — Ха, — уверенно засмеялась в ответ Лэвини. – Дорогой мой Лино, — снисходительно посмотрела она на него. – Я могу принять облик твоей матери и прямо сейчас, если ты только того пожелаешь! – Лино задумался, — неужели эта тронутая серьезно говорит об этом?

       — Хорошо, — ответил Лино в предвкушении уличения обмана. – Я, кстати, забыл ей сказать по телефону, что сегодня не хочу идти в гости к родственникам, а ее мобильный молчит все время. Сейчас я ей сообщу об этом. Твое превращение не повредит ей? – произнес он с ехидством.

       — Нет, ей это нисколько не повредит, она даже не почувствует ничего, — уверенно ответила та. Лино выждал паузу и вопросительно посмотрел на нее:

       — Ну? Я жду волшебных превращений! — Лэвини замялась, оглядываясь по сторонам, и помяв салфетку в руках, сказала:

— Ты знаешь, здесь много людей, я не могу прилюдно.

— Я так и думал! – победно воскликнул Лино.

— Но, если ты хочешь, я могу показать тебе вечером, если мы встретимся где-нибудь в безлюдном месте, — перебила она его. Получи он такое предложение от такой милой девушки чуть ранее, он, не задумываясь, ответил бы утвердительно, но при сложившихся обстоятельствах, когда девушка совсем завралась, он воспринял все это, как ее маневр ретироваться достойно и он, конечно же, решил подыграть ей.

— Да, я понимаю. Мне совестно, что я не поверил тебе, но демонстрация гипноза — это еще не доказательство твоего внеземного происхождения. Но, коль ты на этом настаиваешь, мы могли бы увидеться завтра вечером, — предложил он, зная, что завтра он найдет кучу причин, чтобы отменить встречу, если она будет настаивать.

— Где и во сколько? – спросила Лэвини.

— В восемь часов, у длинного пирса на городском пляже, — наугад сказал Лино, понимая, что место встречи — это уже формальности для достойного завершения этого разговора.

— Нет, лучше на западном пляже, это твое любимое место, — произнесла Лэвини, глядя ему прямо в глаза.

— Откуда ты знаешь?.. – начал было Лино, но запнулся и произнес: — ОК, давай там, в восемь.

— Я знаю Лино, что это твое любимое место, куда ты любил и любишь до сих пор приходить и смотреть на звезды в телескоп, который купил тебе отец. А лет десять назад на этом пляже вы с отцом видели нечто, похожее на летающую тарелку, не так ли? – усмехнулась она, заранее предугадывая его недоумение и возмущение.

— Что?.. – смог лишь произнести Лино, оторопев оттого, что кто-то смеет посягать на самое сокровенное его души, и подумал, что она могла заранее навести справки у его знакомых. Официант принес буррито и поставил его перед Лино: — Что-нибудь еще, сэр? – спросил он, наклонившись над Лино. Тот отрицательно качнул головой и поблагодарил официанта. Тут Лэвини встала из-за стола и произнесла:

— Тогда завтра, в восемь вечера, на твоем любимом месте? – подчеркнуто сказала  она.

— Да, я думаю, ты придешь без опоздания? – слукавил Лино, уверенный, что он видит ее в первый и последний раз.

— До встречи, — кивнула Лэвини, развернулась и вышла из кафе. Лино смотрел ей вслед некоторое время, продолжая думать о том, о чем они говорили. Могли же они поговорить на другую тему? Ему даже стало жаль себя. Неужели он не может просто поболтать с девушкой обо всем и ни о чем? 

Остаток дня он провел, загруженный университетскими делами, а также перепиской с коллегами из Пуэрто-Рико. Вечером Лино приехал домой и вспомнил свою дневную встречу с чудачкой Лэвини Флэвер. Приняв душ и завернувшись в полотенце, он встал перед зеркалом, расчесывая волосы. Положив расческу на место, он уставился на свое отражение, думая про себя, что парень он видный, с хорошими манерами, и многим девушкам нравится такой тип парней. «Но, неужели, если я кому-нибудь нравлюсь, то обязательно надо говорить об НЛО?» — думал он. – «Зачем играть в пришельцев?» — он рассмеялся, вспоминая разговор с Лэвини. – Какие только девушки не попадаются на твоем пути! Ты просто болван Лино! Болван! – говорил он уже вслух, тыча в зеркало. Вдруг он почувствовал, что кто-то смотрит на него с боку, он повернул голову и увидел свою мать. Она стояла на пороге, покачивая головой, явно выражая свое неодобрение.

— Что? – смеясь, спросил сын.

-  Что? – переспросила мать. – Ты не знаешь, что? Посмотри, ты ведешь себя, как помешанный.

— Почему? – Лино продолжал смеяться.

— Мне кажется, тебе следует заняться чем-нибудь серьезным! Уфология занимает слишком много времени в твоей жизни, сын. Это не то, чем ты должен заниматься, ведь ты талантливый человек. Возьмись за что-нибудь другое! – с беспокойством произнесла она. Лино перестал смеяться и стоял перед ней, почесывая затылок, словно ученик, не выучивший урок.  – По мне, лучше бы ты стал рок-гитаристом и пел в ночном баре.

— О, мама, я не виноват, что вы в детстве покупали мне телескопы вместо электрогитар. И вообще, чего ты беспокоишься? — спросил он непринужденно. – Мне смешно, знаешь, из-за чего? Сегодня я встретился с девушкой.

— Почему встреча с девушкой вызывает у тебя такой ненормальный смех? — спросила его мать. Хотя, и догадывалась, что, если сын говорил о девушке со смехом, это означало, что ее внешность дополняет какое-нибудь неприятное обстоятельство.

— Ты знаешь, мам, она говорит, что она инопланетянка, и в качестве доказательства показала мне сеанс гипноза. А еще она обещала принять твой облик, если я с ней встречусь завтра вечером, — смеясь, сказал Лино. – Она сказала, что не может перевоплотиться прилюдно и, думаю, ей стало стыдно за то, что она выдавала себя за пришельца. И, чтобы как-то выйти достойно из положения, она назначила второе свидание.

— Ох, — тяжело вздохнула мать.

-  Мама! – нежно произнес Лино. – Ты не расстраивайся! В мире полно красивых девушек, и я встречу ту самую единственную, и у тебя будет куча внучат. Вот увидишь, вы с отцом еще будете бегать за ними и не будете поспевать! И я посмеюсь над вами! – расхохотался он.

— Лино, — прошептала мама. – Мне страшно за тебя! Ты помешан на НЛО! Наверное, тебе надо просто отдохнуть. Отец скоро получает заказ в Сан Диего, я думаю, тебе тоже нужно съездить туда и отдохнуть.

— Мама! – воскликнул сын.- Как будто у нас мало солнца и моря! Не хочу я никуда ездить. Вот, в Токио, на научную выставку на тему космоса и новейших технологий, я, наверное, слетал бы! – произнес он мечтательно.

— Ты непослушный! – в сердцах произнесла она.- Носишься со своей уфологией, даже девушек находишь себе подобных, с мозгами набекрень! – и недовольно хмыкнув, она обиженно вышла из комнаты, бросив напоследок, что они с отцом едут к родственникам. 

Слова матери его обидели, и он подумал, что, возможно, все так и есть, как она говорит. «Но, позвольте!» — подумал он про себя. – «Коль девушка действительно с мозгами набекрень, то, как она узнала мой адрес?» — рассуждал он. – «Ну, допустим это не проблема, я, где попало, оставляю свои визитки. Тогда, как она это делает, заставляет человека делать то, что он не хочет делать?» — и тут же сам себе отвечал: «Возможно, она прошла курсы гипноза. Это тоже объясняется. Тогда, как она узнала мое любимое место в городе? И что я там люблю уединяться и смотреть на звезды?» — размышлял он. Ведь он не каждому говорит о своем любимом занятии. Это личное, и ему казалось, об этом знают только его родители и только некоторые из близких друзей! Джаспер!!! – он вышел на главного подозреваемого и прищурил правый глаз. «Он ей и рассказал про случай на пляже! Ну, Джас! Держись!» — разозлился Лино. «Решил разыграть, да?»  — Лино судорожно вытащил из кармана джинс мобильный телефон.

— Джас? – зло произнес он.

— Да, брат! – услышал он звонкий и радостный голос своего друга.

— Значит, нынче модно разыгрывать друзей, так? – спросил, не здороваясь Лино.

— Наверное, брат, — недоуменно ответил Джаспер. – Я думаю, это было всегда модно. А почему ты спрашиваешь об этом? И как дела вообще-то?

— Дела, вообще-то шли бы неплохо, если бы ты не подсылал мне полоумных девушек!

— Не пойму, о чем ты? Слушай, я вчера познакомился с одной классной девушкой. Просто красотка…

— Ты мне зубы не заговаривай, — перебил его Лино. – Ты думаешь, трудно догадаться, кто помог ей навести справки обо мне? Да, конечно же, ты первый подозреваемый!

— Постой, постой! Ты о чем? Я не понимаю. – Джас понимал, что его друг всегда отличался внезапной необъяснимой сменой настроения. Поэтому он не очень был удивлен происходящим.

— Где ты откопал эту Лэвини? А? – не унимался Лино, запутывая Джаспера все больше и больше. – Что, ей делать нечего, как запудривать мне мозги, будто в детском саду? Я вижу, тебе нечем заняться. Раз так, скажу тебе одно: ты со своими глупыми шуточками меня уже достал. Наверное, ты из милосердия решил помочь мне в знакомстве с ними, думая, что мне не везет с девушками? 

— Эй, Лино! — раздраженно остановил его Джаспер. – Я не понимаю, о чем ты, и вообще, о ком ты говоришь?

— Не прикидывайся, брат! Просто, если это так, скажи, что это правда и все, я от тебя отстану. Но запомни, мне таких услуг не надо, — обиженно заявил Лино.

— Да подожди ты! Во-первых, я никого не подсылал к тебе, и не знаю, о ком ты говоришь! Во-вторых, я никогда не задумывался о том, что тебе может не везти с девушками, а в-третьих, я бы никогда не поступил с тобой так. И, наконец, ты меня знаешь, я люблю разыгрывать тебя, но чтобы пойти на такие шутки — у меня не хватило бы смелости. Так что моя кандидатура слабовата, и тебе стоит поискать других подозреваемых, — пояснил Джаспер.

— Тогда, кто же? – растерянно спросил Лино. – Келоло? – вновь напрягся он.

— Не думаю, — отрезал Джаспер. – У него мало времени на эти дела. Он сейчас разрабатывает новое программное обеспечение, поэтому, уверен, он не стал бы этим заниматься.

— Ну, тогда кто? – спросил Лино, — раздражаясь из-за безапелляционных ответов Джаспера.

— Я думаю, что тебе следовало бы заняться более важными делами. Мне кажется, уфология отнимает у тебя слишком много времени, — осторожно предположил Джаспер и съежился, зная характер Лино, и не прогадал. Тот со свистом набрал больше воздуха в легкие и выкрикнул в трубку:

— Ты меня тоже собрался учить? – и судорожно нажал кнопку «разъединить».

— Эй, эй постой!..- только успел сказать Джаспер, и на линии послышались короткие гудки.

 

*  *  *

 

— В итоге, если соблюдать принципы научной честности, в свое время отстаивающиеся еще одним лауреатом Нобелевской премии – Ричардом Фейнманом – перед компетентными в данной проблеме специалистами должна быть поставлена задача просвещения, борьбы с мифами и пропаганды истинного положения и дел. По-видимому, эту задачу следует рассматривать, как определенный общественный долг специалистов в области SETI, — завершая лекционное занятие, Лино посмотрел на часы. Они показывали время обеда. – Есть вопросы?

Студент из зала поднял руку: — Вы хотите сказать, что ученый должен заниматься популяризацией научных знаний? Тогда, простите, когда он будет заниматься своей основной деятельностью? — Лино откашлялся и ответил:

— Понимаете, в нашем обществе широко распространен не совсем верный взгляд на проблему внеземных цивилизаций. В этом случае специалисты могут продемонстрировать массовому сознанию подлинное состояние дел. Это их моральный долг. Больше нет вопросов? Тогда вы можете быть свободны.

       Первокурсники встали и с шумом начали покидать  аудиторию. Лино собирал свой лекционный материал, который был разбросан по всему столу.

       — Алоха! – услышал он в дверях голос своего друга Келоло – высокого и худого брюнета.

       — Алоха! – ответил Лино. – Как твое программное обеспечение? Я слышал, ты готовишь его для Майкрософт? – решил он подшутить над другом.

       — Ты что? Это всего лишь бухгалтерский учет для одной фирмы из Нью-Йорка. Они захотели разработать индивидуальную бухгалтерию, которой нет ни у кого.

       — Надеюсь, ты запатентуешь ее под своим именем и сможешь потом продавать?

       — Нет, программа будет принадлежать этой фирме, они мне платят за работу.

       — Короче, они «наварятся» на тебе, — Лино захлопнул папку с материалом и положил ее в белую сумку «Dirk Bikkembergs», с синими вставками по бокам.

       — Знаешь, я уже подписал контракт, но в следующий раз буду думать. Хотя, это опыт, и я не жалею. А еще я хочу есть, — внезапно добавил Келоло. – Пошли, пообедаем?

       — «У Микиои»? – спросил Лино, имея в виду закусочную, неподалеку от университетского городка.

       — Да, давай.

       — Я тоже голоден, как белая акула, и съел бы, наверное, три двойных гамбургера, — сказал Лино, закрыл ящик стола и встал.

«Рейндж Ровер» Лино притормозил на парковке у закусочной и, выбрав место, втиснулся между двумя машинами.

       — И как мне выходить теперь? Ты все время паркуешься, словно у тебя малолитражка какая-то, — возмутился Келоло.

       — А ты ноешь, как будто весишь двести фунтов. Посмотри на себя, какой ты худышка, ты пролезешь и в полуоткрытое окно той самой малолитражки! Ха-ха! – Лино захохотал своей шутке, но Келоло, так не думая, вылез кое-как из машины и сильно хлопнул дверью, показывая, что недоволен действиями и шутками друга.

       — Эй, а ну полегче! Машина здесь не причем! – прикрикнул на него Лино.

       Они сели за свободный столик на открытом воздухе.

       — Я думаю, тебе надо получить патент на изобретение, — через некоторое время уже серьезно произнес Лино, пытаясь реабилитировать себя перед другом, поняв, что пошутил неудачно.

       — Не спеши пока, мы не до конца использовали потенциал программы, — Келоло начал листать страницы утренней газеты, которую он раскрыл, демонстративно показывая, что не желает разговаривать с людьми, которые зло шутят. Лино отпил диетической колы, вытер салфеткой рот, икнул и посмотрел на Келоло, который продолжал:

       — Многое зависит от того, насколько эта программа будет показывать информацию и события в хронологическом порядке. Если будет сбой, тогда мне нужно будет доработать ее. Но, в любом случае, вся информация, которая записана до этого, будет заархивирована и сохранена должным образом.

       — Слушай, а она сможет работать автономно и принимать сама какие-либо решения? – спросил Лино, заглядывая во внутрь банки.

       — Разумеется, если ее загрузить на носитель, имеющий функции для автономной деятельности, — Келоло принял из рук официанта большой стакан колы и поднес трубочку ко рту.

       — То есть, если мы создадим с тобой какое-то подобие робота, ее можно будет загрузить в его мозг, и он сможет работать и вести себя, словно человек?

       — Безусловно, но как мы создадим с тобой такой механизм, который будет управляться таким программным обеспечением? Даже японцы не придумали еще такого робота, который мог бы двигаться и управлять конечностями так же пластично, как человек. А ты тем более не сможешь, — съязвил Келоло в отместку за злую шутку.

       — Ну, в любом случае, это будет уникальный во всем мире электронный мозг? – Лино просиял, как будто, сам придумал программу.

       — Почти. Наше преимущество в том, что информация занимает немного места, а это очень важно.

         — Это правда, — довольно произнес Лино и обернулся к официанту, который на подносе принес гамбургеры. На взгляд Лино, в «У Микиои» гамбургеры были самые лучшие, по крайней мере, сейчас, когда он был так голоден. Он схватил двумя руками один из них и откусил добрый кусок. Затем взял горстку картофеля фри, обмакнул его в соус «Чили» и отправил его в рот вслед за гамбургером. Все это он запил диетической колой, откинулся на спинку деревянного стула и с удовольствием стал жевать.

       — Ты записываешь информацию каждый день? – спросил Келоло, откладывая газету в сторону и уже отойдя полностью от своей обиды.

       — Разумеется, каждый вечер перед сном, в течение дня я делаю заметки в ежедневнике, а потом прихожу домой и воспроизвожу каждую деталь воспоминаний, — ответил Лино и откусил очередной кусок ветчины.

       — Даже встречу с девушкой, которую якобы подослали либо я, либо Джас? Ха-ха! – на этот раз Келоло засмеялся над Лино. Тот искоса посмотрел на него и невозмутимо попросил:

       — Не мог бы ты одолжить свой мобильный на пару секунд, мне надо сделать звонок, а то у меня деньги закончились на балансе, — Келоло вытащил свой телефон и передал его Лино. Тот вытер руки салфеткой, скомкал ее и бросил на стол, затем схватил телефон и начал в нем ковыряться. Через некоторое время он издал звук: — Аха! – и вернул телефон владельцу.

       -Что – «аха»? – Келоло посмотрел на него недоуменно.

       — Я так и думал, — произнес Лино и откусил еще кусок от гамбургера. Дожевав, он произнес:

       — В последний раз ты разговаривал с Джаспером сегодня утром и звонил ему ты, а вот вчера без пятнадцати девять вечера у тебя входящий звонок от него. Он позвонил тебе как раз после того, как поговорил со мной. О теме вашего разговора нетрудно догадаться, я полагаю, — надменно произнес Лино. – Я представляю, как он докладывал тебе, «Эй, Кело, ты представь, что говорит Лино, он винит меня и тебя в том, что мы специально знакомим его с девушками! Он ненормальный какой-то», — Лино подражал голосу и выражению лица Джаспера, словно передающего сплетню. — Даже время указано, сколько вы болтали, девять минут и тридцать восемь секунд. И я уверен, он тебя предупреждал, что я могу тебе тоже позвонить. Ха!

       — Мистер Коломбо, что за девушка-то? Вы расскажете? – в тон спросил его Келоло.

       — Неважно, — отрезал Лино и отпил немного колы из банки. – Скажи, это оборудование, записывающее информацию с моего мозга, — оно в единственном экземпляре или ты еще один собрал?

       — Нет, оно единственное, и у тебя дома.

       — Я думаю, что тебе следует сделать еще копию на всякий случай, вдруг мое пропадет или кто-нибудь украдет?

       — Мне надо завершить бухгалтерскую программу для Нью-Йорка, время поджимает, — ответил Келоло. – Я думаю, все еще впереди, брат. Мы покажем миру наше изобретение, и ты будешь первым экспериментирующим человеком в мире, не так ли? – Келоло засмеялся. – Представляешь, когда мы будем демонстрировать твой электронный мозг, твои самые смелые эротические фантазии станут достоянием общественности! Ха-ха!

       — По всей вероятности — это смешно, — огрызнулся Лино, допивая колу. Он подозвал официанта и заказал еще.  Ты экспериментируешь над человеком. Мир содрогнется от ужаса, узнав про бесчеловечные опыты надо мной, — засмеялся теперь он.

       — Ну, опыты проводятся по твоему собственному желанию, более того, у нас с тобой договоренность, где кроме твоих процентов от прибыли проекта, оговаривается и то, что никаких претензий ты не имеешь и что информация записывается с твоего ведома. И вообще ты преувеличиваешь.

       — Ну, ты сам первый начал говорить про мои эротические фантазии, — сказал Лино, вытер губы, откинулся на спинку и стал разглядывать облака. Келоло вытащил свои сигареты, прикурил и затянулся. – Ты должен продолжать запись информации, в том числе события, связанные с полоумными девушками, подосланных либо мной, либо Джаспером.

       — Я знаю, — кивнул головой Лино.

       — Кстати, какой период времени из твоей сумасшедшей жизни записала программа? – спросил Келоло.

       — Начиная со времени, когда я впервые начал думать и воспринимать события в детском возрасте – было очень трудно вспоминать, но я пытался сделать это. Короче, все заканчивается вчерашним днем.

       — Прекрасно! – потер руки Келоло. – И всю информацию она показывает должным образом?

       — Вообще-то нет. Где я не вспомнил подробности, изображение искажено и доходит до черной пустоты с полосами, как будто ты смотришь телевизор с потерянным изображением, а, в основном, все нормально, но, я думаю, мне не помешало бы купить монитор поновее.

       — А ты бы хотел, чтобы были рекламные ролики вместо пустоты? – насмешливо спросил Келоло, затягиваясь сигаретой.

       — Брось ехидничать, уже время ехать назад, — Лино потянулся. – Счет, пожалуйста, — обратился он к официанту.

 

* * *

 

       Рычаг коробки передач вернулся на режим парковки, и двигатель «Рейндж Ровера», коротко прогудев напоследок, стих. Лино устало вывалился из машины, которая просигнализировала в ответ на нажатие кнопки на дистанционном пульте.

       Отец, смотревший в это время телевизор, обернулся к сыну.

       — Как дела на работе?

       — Все также, без изменений, папа, — ответил безучастно Лино и сел за стол ужинать. За время ужина отец ни разу не спросил про Лэвини, как будто ни о чем не знал, хотя мать, наверняка, уже поведала ему о приключениях сына. Отец на этот раз решил не спрашивать о ней, хотя каждый раз увлеченно обсуждал эту тему с сыном. Лино закончил есть и поднялся в комнату. Садясь за компьютер, он вспомнил, что уже скоро восемь часов и что они должны были встретиться с Лэвини.

       «Если бы она даже всерьез изъявила желание встретиться со мной, я бы все равно не пошел», — подумал Лино. – «С девушкой, которая считает себя пришельцем или «косит» под него ради чего – неизвестно, я думаю, с ней никто не пошел бы гулять. Хотя, надо признать… внешность у нее очень даже приятная», — вздохнул Лино и щелкнул по компьютерной мышке. В четверть девятого он услышал чарующий джазовый голос Софи Милман на мобильном телефоне. Лино глянул на экран и глаза у него полезли на лоб. На дисплее высвечивалось имя «Лэвини Флэвер». «Я не помню, чтобы я записывал ее телефон», — только успел он подумать и тут же нажал на кнопку «соединить».

       — Почему ты не пришел, ты же обещал? – услышал он обиженный голос Лэвини.

       — А откуда твой номер у меня на мобильном? – спросил Лино.

       — Я, кажется, уже сказала тебе, что для меня нет ничего, чего я не могла бы знать, — ответила Лэвини. – А теперь, скажи, почему ты до сих пор не вышел из дома?

       — Вообще-то в «Пайя» я думал, что мы видимся в последний раз, — решил сознаться Лино.

       — Будь так добр, чтобы оказаться на пляже через десять минут…- требовательно произнесла Лэвини. – И, пожалуйста, не разочаровывай меня, — на линии послышались частые гудки.

       «Я же говорил, что она тронутая!» — уверился в своих дневных рассуждениях Лино и решил не идти. Однако он тут же вскочил и стал переодеваться. В какой-то момент, он понял, что он поступает против своего решения. Его мозг сопротивлялся, но тело продолжало действовать, словно, в автономном режиме. В состоянии гипноза он вышел во двор, завел машину и выехал на улицу.



[1] Спам – рассылка рекламной информации по Интернету вопреки желаниям пользователя  электронной почты (прим. автора).

[2] «Пайя» — согласно древней гавайской легенде, Пайя – юноша, вызвавший на состязание по серфингу Уми, впоследствии повелителя Гавайев, который затем принес Пайя в жертву богу моря (прим. автора)

Теги: вне потока , м&ж , культура , общество , кино , наука , орда

Читайте также

0 комментариев