Обратная связь
×

Обратная связь

Торжество жизни

  • 2
  • 143
  • 1

На горизонте запах гари и небо цвета грязи. Я упражняюсь в ненужных догадках: что горит там, разносимое ветром: поле, кладбище или свалка. И не стремлюсь узнать, просто упражняюсь. Что-то еще стало этому миру ненужным и сгорело. Немного страшно делать выводы, хотя точно знаю – я тоже по истечении какого-то литража времени стану этому миру ненужной.

Гордо стою молодая перед зеркалом и мне вроде все равно. Иногда втихоря наблюдаю за 80-летней матерью моей матери: она разглядывает свои морщинистые руки с горестным недоумением, а когда держит в руках мою ладонь, ласково причитает: «Какие рученьки мягонькие!». Мой возраст позволяет быть объективной – ее руки тоже мягкие, но она уже не может заметить этого.

И в таком торжестве жизни я снова вспоминаю кладбище. 9 дней, пирожки с печенью, барбарисовая водка. Три женщины едут проведать мужчину, к которому очень смешано относились при жизни, боготворили и презирали одновременно, но умер он не по-божески, не на кресте, а над ведром с собственной рвотой и кровавыми харчками.

На кладбище мы ехали под «Золотые еврейские хиты», я от торжества жизни думала в тот момент, что если будет кому писать завещания, то завещу хоронить себя под «7.40» или «Тум-балалайку».

Не знаю почему, но одолевает меня торжество жизни под похоронные марши, как предвкушение освобождения полного. Только от чего я хочу освободиться? Неужели от крови, которая быстро бежит по венам, неужели от голодного урчания желудка с утра, неужели от той самой плоти с белыми зубами, которые так любят впиваться в сочное жареное мясо?! Почему-то об этом я думаю всегда на кладбище, особенно когда горячей от жары водкой с папой поминаем дедушку, который жизнь не любил, и когда мы мешали ему умереть, называл нас фашистами. Почему-то даже в этих словах и его смерти чувствуется торжество жизни над всем, и надо мной в первую очередь.

Теги: вне потока

1 комментарий