Обратная связь
×

Обратная связь

Цитата

    31 января 2015 в 17:45
  • -28,6
  • 239
  • 30
  • -28,6
  • 239
  • 30

Цитата

ЦИТАТА


«И все-таки, с дружбой было покончено. Нельзя говорить: „Привет, моя дорогая!“ женщине, которой шептал Бог знает что. Не звучит...» Сергей Довлатов



Одно составное кольцо из стали туго стискивает смуглое запястье холеной женской руки, а другое впилось в веснушчатую, с золотисто-рыжими волосками кожу на руке мужчины. Наручники — самые обычные, серые, рабочие, стандартные, безо всяких выкрутас и изысков. Воронёная сталь важнейшего предмета полицейской экипировки часто-часто стучит по светло-синей эмали капота служебного автомобиля — легковушки с сиреной и проблесковым маячком на крыше. Стук металла о краску задает ритм. В этом быстром, бесперебойном ритме движутся два тела — мужское и женское.

Мужчина, скорее парень, ведь на вид ему никак не больше двадцати, полулежит на капоте машины. Он абсолютно гол, если не считать новёхонькой пары кед «Конверс». Подошвами кед юноша отчаянно упирается в асфальт возле белого бампера полицейского Пежо, амортизируя напористые, жестко проникающие движения партнёрши.

Женшина лет на десять старше. Ей около тридцати. Колени дамы упираются в копот. И она нависает над партнером, шекоча его шею гривой прямых, густых, иссиня-черных волос. Форменая юбка задрана до самой талии. Растегнутая полицейская рубашка с погонами капитана не мешает выпуклым розоватым соскам скользить вверх-вниз, верх-вниз по не особо мощными, но довольно рельефным грудным мышцам юноши.

Черноволосая наездница замечает на лице партнера признаки скорого наступления оргазма. Она всё убыстряет темп движений. И наконец с восторгом ощущает тугую и горячую струю спермы, кроткими толчками бьющуюся внутри её лона. Брюнетка, подняв бледное лицо вверх, в бездонное небо и повелительно-победно кричит: «Бери меня, рыжий! Бери-и-и!!!»

***

Димону хронически не везло. И в детском саду, и в школе неудачи преследовали конопатого мальчишку. Правда, по окончанию школы, череда неприятностей внезапно прервалась на непродолжительное время. Однако, эта короткая передышка в несчастьях и неприятностях позволила старательному хорошисту-заучке Димке довольно легко поступить на филфак Н-ского Университета. Мало того, сдавшего все экзамены с оценкой «отлично» паренька приняли на бесплатное обучение.

А вот с университетским жильем у Мишкина снова случилась непруха. Неприятности начались при оформлении документов в ректорате. Оказалось, что несмотря на отдаленность почти в полсотни километров от Н-ска, димонов пригородный поселок отностится к черте городской застройки. И никаких прав, следовательно, у студента первого курса Мишкина Д. А. на получение места в студобщежитии не было.

Из посёлка в город и обратно не наездишься, более сотни километров в один конец. Нужно было искать схёмное жилье. Но откуда бы взятся деньгам у вчерашнего школьника? естественно, в события вмешалась димина мама. Нашлась проживающая по соседству с Универом то ли двою-, то ли троюродная бабушка. А у этой бабушки рбнаружилась свободная комната.

— Нет, нет, вы меня обижаете. Какие деньги между родственниками. Пусть живёт внучок, учеба — дело нужное. Ну что вы, какие услуги-продукты! Разве что с утреца пусть внучок за молочком да булочкой к завтраку сходит в магазин. Гастроном у нас прямо в доме. Да под вечер Жужечку мою, болоночку мальтийскую выгулять. У самой-то у меня ноги уж не те, к вечеру-то...

Вобщем, старушка оказалась вполне себе милая и даже симпатичная. Если бы не один её бзик. Приспичило бабке официально оформить проживание Димки в её хоромах. И началась месячная эппопея хождения Мишкина по инстанциям с целью получения прописки.

***

Варвара Глухова — красавица и капитан милиции. Красавицей и сексапильной жгучей брюнеткой (это хоть и затертый штамп из детективов Чейза, но иначе о ней и не скажешь) Варенька была всегда, с детства. А капитаном стала два года назад, аккурат к своему очередному Дню рождения. Молодая женщина прекрасно осозновала, что продвижением по карьерной лестнице она обязана мужу — полковнику МВД, начальнику отдела собственной безопасности городского управления. Ещё бы, дорасти от лейтенанта до капитана меньше чем за пять лет. И судя по всему, в ближайшее время на погонах Глуховой две большие звезды должны будут сменить восемь маленьких.

Когда-то, в далёком теперь уже прошлом, студентка последнего курса факультет журналистики, Варя даже предположить не могла, что работа на преддипломной практике над телерепортажем о героических буднях городской полиции приведёт её сначала под венец, а потом и на работу в органы внутренних дел.

Душа выпускницы журфака к нудной бумажной работе в разрешительном отделе, естественно, не лежала. Но муж (тогда ещё майор), был убедителен, хотя и краток: «Варюнь, ну не могу я тебя в ПрессЦентр УВД, по твое прямой СМИ-шной специальности определить. Ни силёнок у меня пока для этого не хватает, ни возможностей. Поработаешь сколько надо, как говорится, на земле. А лет через шесть, в майорском звании — прямая и ровная дорожка в Управление.»

Планировать Варварин муж умел и слов на ветер не бросал.

В старом звании и должности Глухова дорабатывала последней месяц. Однако весенний грипп лишил будущего майора практически всех подчинённых и в понедельник приемом посетителей Глуховой пришлось заниматься самолично. Последний перед обедом посетитель был смешон и мил одновременно. Рыжий высокий и симпатичный, но неуклюжий парнишка, нерешительно приблизившись к столу начальницы отделения, неловко задел монитор компьютера. Когда кинулся поправлять экран, уронил со стола высоченноую стопку документов. Собирая с пола бумаги, конопатый растяпа выронил собственную папку с документами для прописки...

Взгляд капитана зацепился за странное изображение прямо посредине тыльной стороны ладони похожее на стилизованый коричневый цветок с четырьмя лепестками. Привлекшие внимание пятно поначалу показалось хинной татуировкой. Но приглядевшись профессионально определила особую примету растерявшегося просителя, как родимое пятно.

***

Веснушки были визитной карточкой Дмитрия Мишкина. Причем, размещались эти коричнево-рыжие пигментные точки на теле парня довольно своеобразно. Плотно оккупировав лицо от подбородка до лба, далее меланиновые отложения полностью исчезали с димкиного тела. Везде, кроме рук. Там веснушки спускались от локтей до запястей. А на тыльной стороне ладоней превращались в довольно большие коричневые пятна.

На правой руке самое крупное пятно походило на клевер-четырёхлистник, cимвол везения и удачи, если верить ирландцам. Хотя к ирладцам и Ирландии веснушчатый Дима не имел ни малейшего отношения. Как впрочем и к удаче с везением.

Но в этот раз Мишкин решил, что с него довольно непрухи и он будет хозяином своей судьбы. Тем более, что такая женщина встретилась. Внешность красавицы вплоть до мельчайших подробностей, до маленькой родики на левой щеке повторяла черты мишкинского идеала красоты, предела его мечтаний и грёз. Функционер полиции один в один походила на девушку нарисованную замечательным художником пятидесятых годов прошлого века, мастером pinup’а Френки Уиллисом.

"Как же её звали?«В памяти мгновеннно всплыла табличка со стола красавицы: «Начальник отдела капитан полиции Глухова Варвара Анатольевна». Именно эту фамилию, имя и отчество он увидел на глянцевом, голубоватой бумаги листке со штампом известного по всей республике медицинского научно-исследовательского учреждения.

Содержание справки или, наверное, отчета, подобранного в полицейском кабинете случайно, вместе с ворохом бумаг выпавшем из «прописочной» папки, озадачило студента. Среди нагромождения даннных с показателями, где ряд цифр после запятой продолжался плоть до десятитысячной, в сумятице малознакомых мудрёных медицинских терминов и определений начинающий филолог сумел уяснить одно: Варвара Глухова бесплодна. Диагноз печальный и, скорее всего, окончательный.

А у Димки тем временем начал созревать план.

***

Нет, Варя не считала себя расисткой и ко всем нациям, национальностям и народностям относилась одинаково терпимо и даже добродушно. Но вот цыган не долюбливала, хотя рационального объяснения такого отношения к шумным представителям индо-арийской части человечества найти не могла.

И когда в десяти метрах от управления одетую «по гражданке» Глухову ухватила за руку молоденькая и крайне живописная цыганочка, Варя всерьёз пожалела, что на ней лёгкое весеннее платье, а не стандартная форма капитана полиции.

Навязчивая гадалка-попрошайка, казалось, спорхнула с картинки-иллюстрации к поэме Пушкина «Цыгане». Наряд девицы был слишком ярким. Серебристые кружки-монисто на её шее выглядели какими-то бутафорским, да и все остальные предметы туалета уличной ворожеи были слишком театральны.

Однако, дело своё цыганка знала великолепно. И своими доморощенными пророчествами и предсказаниями намертво приковала внимание женщины.

То, что самозванная Пифия уверенно выдала имя и дату и место рождения нисколько не удивило работника правоохранительных органов. Аферисты и не такие номера с базами данных проворачивают. А что говорить про повсеместное распространение ЛНП техник, различных школ гипноза и внушения...

Однако, когда цыганка сообшила что у неё, вопреки всем медицинским диагнозам, может и должен быть ребёнок да ещё и указала на особые приметы донора спермы, Варюша поверила безоговорочно. И в тот же вечер вызвонила одного, обязанного ей по-крупному, коллегу из группы быстрого реагирования местного СОБРа.

***

Задрав ноги к потолку салона автомобиля, женщина пролежала минут десять на заднем сиденье. Затем встала и ключом раскрыла кольцо наручников, которыми парень был пристёгнут к рулевой колонке, и вновь замкнула его на своём запястье.

И жарко выдохнула прямо в ухо: «От меня не убежишь. Теперь ты сверху.»

Тело её блестело от пота. И пахло... Как изумительно, умопомрачающе оно пахло той терпкой смесью нанесенного утром и утратившим под вечер многие, но не все нотки-ароматы парфюма и чего-то темного, запретного, но до судорог соблазнительного и желанного.

— Никаких на живот, только в меня. Мне нравится это ощущение упругого, горячего фонтанчика внутри.

Откровенно-бесстыдная фраза партнёрши подстегнула и без того приближающееся к самой вершине возбуждение и заставила юношу действовать ещё энергичнее. Одной рукой он попытался раздвинуть половые губы, а другой направить член во влажное и такое желанное женское лоно. Однако, неуклюжая попытка была прервано кроткой повелительной репликой:

— Не двигайся, я сама!

Горячие, цепкие и вместе с тем нежные пальцы обхватили мужской детородный орган и направили его прямо во влагалище.

А потом послышался скрежет автомобильных тормозов, блеск фар ударил прямо в глаза. Единственное, что успел сделать парень, это вскинуть обе руки к лицу, защищаясь от режущего, острого до слёз света.

***

Старая и глупая шутка про кровь, которая во время эррекции, отхлынув от головы, устремилась к головке и тем самым лишила своего владельца возможности соображать, Димке припомнилась в момент, когда медленно и неуверенно к нему стало возвращаться сознание.

Нет, Мишкин не упал в обморок. В отключку вверг будушего филолога несильный, но точный удар полицейской дубинкой по затылку.

Студент смутно помнил, как трясся по ухабам в салоне полицейского авто, зажатый с двух сторон двумя амбалами в пятнистойой униформе. Как его обездвиженную тушку волокли в какойто явно значительный кабинет городского управления МВД. Почти полностью рыжий пришел в себя, когда хозяин кабинета, несколько раз нервно и сухо кашлянув, начал разговор.

Вступительную часть, про то, как важный полицейский чин любит и ревновнует красавицу-жену и потому устроил за ней наблюдение, которое и вывело рогоносца апрельским вечером на одиноко стоящий в глухом местечке полицейский автомобиль, юный соблазнитель толком не разобрал из-за переодически наваливавшейся на него тошноты.

В это время Мишкин вспоминал, как его на входе в подьезд бабкиного дома повязал молчаливый полицейский, как зашелкнулись на запястьях наручникии. И, как, впихнув будущего филолога в служебный Пежо, служака-громила вдруг исчез. А внезапно появившаяся на водительском сидении капитан Глухова заговорщески подмигнула карим глазом и радостно прошептала: «Поедем кататься». Возпоминания были прерваны репликой на повышеных тонах:

— Знаешь, что я с тобой могу и должен сделать после того, как ты мою жену? — тут сидевший напротив Димки полковник несколько раз звонко похлопал ладонью правой руки по намертво стиснутому кулаку левой.... Мышкин снова канул в не бытие. Но в этот раз не от удара. Конопатый студент внезапно упал без чувств.

Придя в сознание, рыжий парень с особым вниманием выслушал финальную часть полковничьего монолога, из которго следовало, что начальник отдела собственной безапастности крайне не заинтересован в огласке гападения на сотрудника и категорически хочет сохранить в тайне этот случайный эпизод. Но есть определённые условия.

И когда допрашивающий Димона суровый человек спросил, хочет ли он жить, тот быстро облизал сочившуюся кровью губу и хрипло ответил: «Да.»

***

— Эй, Рыжиков-Чижиков,подожди! Это ты или не ты? Сколько лет, сколько зим! Мы же год с тобой не виделись, Мишкин. Что ты? Как ты? Где ты?

— Не год, Лер, а девять месяцев и восемнадцать дней.

— Ты что дни считал с момента нашей последней встречи? Уж не влюбился ли ты, Мишкин, в меня с безумной силою?

— Да, Лер, я считал дни. Нет, Валерия, я в тебя не влюбился и дни я считал по другому поводу.

— А жаль. Мог бы и соврать. Кстати на счет соврать. Эта твоя затея, Димасик. Ну тот розыгрыш. Сколько ты меня уговаривал... Нет, я поню, что тебе тут тетку к жениху надо было, а ты, типа, сват. Да, ну как в той телепередаче «Сюрприз-сюрприз». Я тогда так в роль вошла, что прямо-таки волшебно-сокровенным гласом ей вещала, я даже слова в рифму ей говорила что-то навроде этого:"Все предсказанья и сертификаты бред. Неверь им, нет. Один лишь может воплотить мечту тебе, тот юноша с трилистником волшебным на руке!" Правда, смешно? Ой! Я же тебя, точняк, наглухо заговорила. Ну, ты извини, Мишкин. Совсем я за болталась с тобой. У меня через семь минут пара начнётся. Замдекана читает, злющий, как скорлопендра. Я побежала. Пока-пока. Целоваю-обнимаю!

Мышкин прощально махнул рукой вслед Лере-«цыганке». И, как всегда опаздал, девушка по имени Валера уже затерялась в пёстрой массе пешеходов. Минуты три филолог-недоучка оцепенело стоял, невольно и безучастно препятствуя перемешениям суетливо и разнонаправленно движущейся уличной толпы. А затем резко развернулся и решительной походкой направился к зданию автовокзала.

В долгой очереди к окошку билетной кассы чувства бывшего студента пришли в относительное равновесие. Вспышка эмоций угасла. И Дмитрий принялся мысленно себя убеждать, что он — неправ, что в очередной раз лоханулся и затея переться за двести пятьдесят километров в ставший теперь уже совершенно чужим город была идиотской. Что ему совершенно никчему пытаться видеть пару рыжеголовых близнецов, две недели назад осчастливившую своим появлением дружную и любящую семью работников правоохранительных органов — Глуховых.

«Да и как бы я к ней подошел? Что вот так бы запросто заявился, мол, привет, дорогая Варя?» — вдруг, совершенно неожидано для самого себя выпалил в слух Димон. Выпалил и замолк, обиженно прикусив левый край верхней губы.

Неудавшийся студент факультета филологии угрюмо стоял посреди стремительного потока пассажиров и провожающих, а в голове его крутилась, но никак не хотела вспоминаться довольно известная литцитата. Что-то то там про невозможность встречи с женщиной, которой на самой кромке оргазма шептал в горячее ухо всякие глупости. Кажется, цитата была из Довлатова.

Теги: повесть

30 комментариев

273 noxyucm
31 января 2015, 17:45