Обратная связь
×

Обратная связь

Жив, курилка. Путевые заметки

    06 сентября 2011 в 16:11
  • 2
  • 647
  • 9
  • 2
  • 647
  • 9

Кирилл сказал мне за рюмкой коньяку: «Не подумай, что я шовинист или что-то вроде того, но, знаешь, нельзя начинать знакомство с Францией с Парижа. Париж это вообще не Франция, ты встретишь там арабов, алжирцев, англичан, русских, китайцев, городских жителей и иностранцев, и это не Франция, настоящая Франция в Коньяке. И не думай, что это только потому что я родился здесь и живу. Сам сможешь оценить завтра». Мы сидели в оранжерее замка Де Банолье и курили сигары, после ужина. Очень тихий вечер, коньяк и комары. Я подумал, что Кирилл, пожалуй, прав...

… действительно центр Парижа напоминает огромный блошиный рынок. Отобедав в Лувре мы с коллегой Бахромом еле выбрались из толпы туристов. Надо где-нибудь себе записать — никогда не ходить по новому городу с группой, это адски раздражает, особенно если ты ценишь городскую культуру. Я хотел снять Нотр Дам, но из за этих чёртовых японцев, турков и русских сделать это мне не удалось. Везде в кадр лезли жирные мамаши или пенсионеры в турецких свитерах.


Жив, курилка. Путевые заметки

Проскальзывая между телами на площади перед собором, мы постепенно выбрались из толпы туристов, постоянно щелкающих затворами, и вот тут уже Париж предстал во всей красе. С одной стороны — демонстрация протеста против войны в Ливии возле Сорбонны, с другой — уличные музыканты хиппи, к которым присоединился выгуливавший мраморного дога парень, достал из сумки флейту и начал подыгрывать (дог тоже подпевал, я едва не прослезился). И с третьей — наконец-то свободный от туристов бульвар Сен-Мишель, добравшись по которому до Монпарнаса мы угостились заслуженными напитками в Closerie de lilac, том самом, где когда-то пил ром Хэмингуэй, а Ленин строил планы на светлое коммунистическое будущее. Выяснилось, что пиво здесь отнюдь не дешевое, пять евро за стакан. Нынешняя богема вряд ли собирается здесь.  

Жив, курилка. Путевые заметки 

 

Вечером еле отбились от киевлянок в “Будда-баре”. Все-таки, туристы — это зло. Но, думаю, любителям «членом туда, членом сюда» здесь понравитcя, гормоны разлиты в воздухе.

 

 

Впечатления дня

Счет в Лувре был запредельным. Сто с лишним евро за человека. Причем исключительно за место, поскольку обслуживание в этом ресторанчике крайне ненавязчивое, а качество готовки неплохое но без изысков. 

Вечерний счет в Les Ombres оказался более приятным, хоть и немалым, в районе 75 евро, но антураж и обслуживание стоят того, тем более, ресторан находится на крыше антропологического музея, с видом на творение Эйфеля. 

На полях: тем, кто не любит мясо с кровью лучше просить very very very well done steak — хотя он все равно будет с кровью.

 

 

 

Ангулем

На поезде до Ангулема. Поезд просто шикарный, круче, чем лететь первым классом, кстати, слово “лететь” вполне уместно, скорость поезда под 400 км/ч. В вагоне-ресторане можно перекусить и за небольшие деньги отведать бургундского, что очень скрашивает дорогу. 

Первое, что потрясает в регионе Коньяк — еда. Неторопливость, наполняющая все пространство вокруг, очень хорошо сказывается на поварах, если в Париже найти заведение, где тебе подадут все вовремя и вкусно — нелегко, то здесь можно не искать, а заходить практически куда угодно. Попав в привокзальное кафе города Ангулем, по дороге к заветным погребам в Коньяке, любой казахстанец испытает шок. Такой нежной баранины я не ел, наверное, нигде, да простят меня соотечественники. 


Жив, курилка. Путевые заметки

Город не позволяет оторвать взгляда — почти ни одного портящего пейзаж здания, чувствуешь себя, наверное, так же как если бы ехал два века назад. Только без коровьих лепешек и клошаров на улицах.

 

 

Профессия

Естественно, мы посетили коньячный завод, коих в городе изрядное количество. Хороший коньяк он, конечно начинается с eaux de vie (переводится как “живая вода”, так поэтично французы называют дистиллят, еще не выдержанный в бочке), но не только. Качество бочки влияет на все вкусовые свойства коньяка, поэтому к материалам предъявляют огромный список требований, бочки делятся на несколько категорий, каждая из которых предназначена для коньячных спиртов строго определенной выдержки. На небольшом бочарном заводе Хеннесси по ремонту и производству бочек работает парень Гастон. Деловитый молодой человек, уверенно гнущий доски из французского дуба, и пока еще неумело скрывающий от нас удовлетворение, получаемое от работы. Гастон — бочар в четвертом поколении. И многие жители провинции так же точно в двунадесятом поколении трудятся на виноградниках и дистилляциях. Это внушает уважение. 


Жив, курилка. Путевые заметки

Интересности

Аборигены абсолютно лишены провинциальности в ее негативных проявлениях — нелюдимости, нетерпимости к приезжим и тому подобного. Они, с иронией относящиеся к обитателям мегаполисов, будто сошедшие со страниц книги “Кола Брюньон” Ромена Роллана, с радостью принимают гостя и подробно отвечают на любой вопрос. 

Бухгалтерия дня

Меня угощали. Но цены всё-таки прояснил. В зависимости от нацеленности заведения на местных или на приезжих цена обеда будет плясать от 20 до 70 евро. 

 

 

Коньяк

Видимо эта неторопливость, преемственность, любовь к профессии и позволяет производить коньяк, поскольку дело это нелегкое и совсем не быстрое. Всего один урожай в год, зимняя перегонка (для коньяка пригоден дистиллят, произведенный только до определенного числа), а затем выдержка спиртов в бочках от трех до полутора сотен лет… В подвалах Хеннесси при этой мысли мне стало немного не по себе. Когда представляшь себе, что человек, собравший виноград для вот этой, стоящей перед тобой бочки 1878 года уже давно не существует, а ты с наслаждением пользуешься плодами его трудов. Черт подери, “живая вода” — это не метафора. Я подозреваю, что дегустаторы не рассказывают всей правды, когда они пробуют спирты из бочек, они чувствуют не только различные вкусовые ноты, но и вкус истории. На одной из полок в подвале я обнаружил “женский коньяк”— прошедший весь процесс подготовки и перегонки во время первой мировой войны, когда все мужчины были на фронте… Наверное нигде так не понимаешь движение жизни, как здесь. 

Нашим гидом стал потомок Ричарда Хеннесси Кирилл, управляющий недвижимостью семьи в провинции и отвечающий за культурные программы по всему миру. Истинный джентльмен, обремененный однако развлечением рэп-звезд, приглашенных в Коньяк. Как я понял, для рэпперов дорогой алкоголь это нечто вроде цепей с бриллиантами, а коньячная индустрия переживает сейчас не лучшие времена из-за конкуренции с виски. Вот и получается такой странный маркетинг, рэпперы тусуются в замке, где когда-то останавливался и генерал де Голль, а до него не раз гостили французские аристократы. 

Жив, курилка. Путевые заметки 

 

Интересности:

Оказалось, что Казахстан находится в списке стратегических рынков Хеннесси, наши сограждане пьют коньяка больше чем французы (если считать по литражу на человека)

 

 

Без Парижа, конечно, никуда. Но в нем лучше останавливаться на обратном пути. Когда чувствуешь себя жителем Коньяка, разбирающимся в еде и напитках и поглядываешь на туристов немного свысока и без раздражения. Гуляешь по набережной, заказываешь рюмку алкоголя и чашку кофе в летнем кафе. И естественно, обещаешь себе вернуться. Я пообещал, поскольку пять дней галопом по Европе лишь раздразнили аппетит.

 

Итог
Билет:  Алматы — Париж — Алматы 156 000 тенге

Гостиница: От 30 до 200 евро в сутки, в зависимости от места расположения и аппетитов хозяина, если дело происходит в провинции. Очень удобно искать на сайте www.booking.com

Поезда: 100 евро в первом классе

Еда: Средняя стоимость обеда в ресторане — 40 евро, можно найти от 15 до 120 евро, но стоит ли?

Как сэкономить время: существуют туры в Коньяк, по цене от 2800 евро за неделю. 

Как выжить — есть мясо, поскольку иначе невозможно перенести то количество вина, которое пьют французы. 

Как быть — ехать во Францию в октябре, чтобы попасть на праздник сбора урожая. 

 

 

Теги: путешествия , культура , кулинария , фото , м&ж , путевая заметка

9 комментариев

152 pogoda
06 сентября 2011, 16:11