Обратная связь
×

Обратная связь

Моя книжка!

    13 декабря 2012 в 19:21
  • 15,5
  • 347
  • 1
  • 15,5
  • 347
  • 1

 

Ордынцы, у меня вышла в Праге книга «Укротители лимфоцитов и другие неофициальные лица»! В ней собраны рассказы о моих коллегах-врачах и ученых, и немного рассказывается о пересадке органов и тканей :)) Книга на русском. Иллюстрации — частично в стиле xkcd, твердый переплет, хорошее настроение :))

Для затравки — вот вам пара абзацев из книжки. Про то,  как все это началось:

«Шагая по мокрой дорожке больничного парка в сторону лабораторного корпуса, я пыталась со всей возможной объективностью подсчитать свои плюсы и минусы, и баланс выходил не в мою пользу: чешский на тот момент я знала не очень хорошо — в пределах убогого языкового курса; диплом врача у меня был совсем свежий — чернила ректорской подписи еще буквально дымились под сомнительным даже для меня утверждением, что отныне и впредь предъявитель сего — врач общей практики. Да и душа к лабораторной деятельности не очень-то лежала.

И вот, когда я проходила мимо густых зарослей не то рябины, не то калины, — чего-то по-весеннему голенького и немного в ягодах, оплакивая себя, убогую, из кустов донеслось бухтение.

— Если совести нет, то ее и не будет. Рога красивые, а ума ни на грош, смотри какая булка, бери ее и отдай статью.

Последовавший затем шорох свидетельствовал о том, что говоривший куда-то движется, потом раздалось невнятное не то блеяние, не то мычание, возня, сдавленный голос:

— Открой рот, скотина! Там библиография, что ж ты делаешь! — возня усилилась, раздался звук разрываемой бумаги, пыхтение, и, наконец, шлепок и звуки удаляющегося галопа. Спиной вперед из кустов появился высокий растрепанный человек в медицинском халате. Халат, как и положено, когда-то был белым, но то счастливое время невинности и свежести для него безвозвратно миновало: теперь он был основательно изгваздан в грязи и кое-где порван. Хирургические штаны, видневшиеся из-под халата, проделали тот же нехитрый путь от белизны до состояния „Йожин из болота“ — есть такая популярная чешская песенка о чудище, которое на досуге выползает из трясины, чтобы зажевать пару-тройку заблудившихся пражан. Человек широко размахнулся, и с криком „Булку забери!“ швырнул за кусты на звук удаляющихся шагов обгрызенный кусок.

Потом он обернулся и увидел меня, но в смущение не впал, и даже, по-моему, ничуть не удивился.

— Муфлоны*, — махнул он в сторону куста, с таким непринужденным видом, будто мы повстречались на светском рауте, и ловко запихнул в широкий карман халата пачку грязных листов, — едят, что попало, а потом удивляемся, откуда у них рождаются такие смышленые дети. Хорошего дня.

И он исчез в кустах на другой стороне дороги так же стремительно, как и появился, я едва успела крикнуть ему вслед: „Хорошего дня!“

Так я впервые повстречала Доктора К, единственного и, кажется (а может быть, и слава Богу), неповторимого. И тогда я поняла, что хочу здесь работать. Из-за муфлонов.

Доктор А — завотделением иммуногенетики со сложной фамилией (которого со временем я, как и почти все в отделении, получу право называть по-свойски Дэни), оказался чуть угловатым, седеющим человеком в очках. Он предложил мне кофе и попросил показать резюме. Некоторое время я мучительно копалась в набитой, как обычно, под завязку сумке. Окончательно убедившись, что так ничего не найду и до завтрашнего утра, я, не поднимая глаз и молясь всем на свете богам, чтобы этот проклятый кусок бумаги уже, наконец, подвернулся мне под руку, стала осторожно выкладывать на краешек стола книжку, анатомический атлас (том третий), зонтик, степлер и дырокол (не спрашивайте), металлические одежные плечики (тем более не спрашивайте), пакетик корма для собак, шарф, пепельницу в стиле фиш-боун, и, наконец, учебник чешского, в котором и обнаружилось к моему колоссальному облегчению изрядно пожамканное и немного запачканное чернилами из некстати потекшей ручки, резюме. Некоторое время Доктор А разглядывал этот жалкий листок, а когда открыл рот, чтобы задать какой-то вопрос, в дверь постучали, и, не дожидаясь приглашения, в кабинет вошел мой давешний знакомый из куста, правда, теперь уже он был в безупречно белом лабораторном костюме. Он в два шага пересек довольно просторный кабинет, и со словами:

— Вот, пришел вернуть статью. Очень содержательно. Спасибо, — положил перед Доктором А комок грязных, порванных и мокрых листов. Завотделением, видимо, не в первый раз сталкивался с чем-то подобным, потому что он не удивился, а внимательно посмотрел сначала на комок, потом на Доктора К поверх очков.

— Муфлон, — лаконично пояснил Доктор К. — Выпала из кармана, я не заметил, когда вернулся, он уже отгрыз график на третьей странице. Пришлось обменять остатки на собственный обед. Вот, она в курсе, — он кивнул в мою сторону. Завотделением перевел взгляд на меня. Но опять ничего не успел сказать, потому что Доктор К ринулся к сложенной мною на столе стопке предметов, которые я не успела запихнуть обратно в сумку.

— О, — сказал он, вытягивая одежные плечики из-под учебника чешского, — вам это очень нужно? Понимаете, я тут одну вещь делаю, все ломал голову, где достать подходящий стерженек. Из этого, кажется, можно вырезать что-то похожее…

— А библиография? — спросил Доктор А, брезгливо приподнимая пострадавшую статью и, не в силах справиться с отвращением, отпуская мокрый лист.

— Спас! — гордо сообщил Доктор К, продолжая влюбленно смотреть на вешалку. — Там в самом конце посмотри. Кстати, Дэни, девочка, как я понимаю, у нас работает? — спросил он, отвлекшись, наконец, от плечиков, и живо протягивая мне руку, — Доктор К. Желтая кружка в комнате отдыха — моя, из нее не пить. В очередь на цитометр записываться у Шарки. Чешскую попсу слушать только в наушниках. Кстати, давно не видел столь впечатляющего резюме. Я не о списке заслуг, конечно, я о внешнем виде, — с этими словами он удалился, оставив меня в совершеннейшем смятении и унося мою вешалку. Значительно позже я привыкну к тому, что если Доктор К стоит к вам спиной, это еще не значит, что он не заметил, что на вас разные носки, а на верхней полке шкафа книги расставлены не так, как вчера.

— Ну что ж, — сказал Дэни, — поздравляю, теперь никуда не денешься, вы приняты...»


*Муфлон – жвачное парнокопытное животное. Между прочим, дикий предок домашних баранов J Поскольку территория нашей больницы примыкает одним боком к лесу, прогулки муфлоньих стай и отдельных особей между лечебными корпусами – обычное дело.

 

Купить «Укротителей» можно здесь, но через пару недель я еду в Яблочный, и если кому-нибудь хочется получить книгу в обход почтовых пересылок (сэкономив при этом 5 евро!), пишите на ryba.barrakuda собака gmail.com  :))

Теги: юмор , креатив , культура , реклама , лытдыбр

1 комментарий

354 rybarrakuda
13 декабря 2012, 19:21